Любовь манипулятора: как не быть игрушкой в чужих руках и выбраться из токсичных отношений

Включила холодную воду, стою, опираясь руками на раковину, смотрю сквозь слезы в зеркало и с отвращением шепчу сама себе: «Ты жалкое, никому не нужное ничтожество». Самообладания хватило, чтобы сдержать надвигающуюся истерику, привести себя в порядок и выйти из уборной – что бы ни происходило в жизни, умею держать себя в руках и не терять лицо. Настроения развлекаться не было, поэтому достаточно быстро уехала домой.

Этой ночью плакала из-за него последний раз и наконец-то мысленно поставила жирную точку. Надежды и желания заслуживать его любовь больше не было. В один момент он стал мне неинтересен и безразличен. Стало противно, что так долго убивалась из-за человека, который, собственно, ничего особенного из себя не представляет. Столько сил и нервов было потрачено на какого-то отвратительного идиота. Чувствовала себя конченной дурой, стыд и остатки собственного достоинства за один день избавили от любовной зависимости. Удалила все контакты и пообещала сама себе, что вот сейчас точно конец. Больше никогда и никаких мыслей о нем! За год сделала все, что могла, чтобы быть вместе и вернуть отношения, и даже соглашалась на то, что раньше казалось невозможным. Засунула свою гордость в одно место, но ничего не получила взамен, кроме разрушенной жизни и злости на всех мужчин. От любви до ненависти один шаг, и я его уверенно прошла, презирая того, кто меня не выбрал и уже никогда не выберет.

Глава 18 Реальность психолога: почему я не сдавалась?

Нарциссическая травма

Да, нарушение привязанности, страх близости, неумение выстраивать отношения, отсутствие модели здоровых отношений в семье – все это оказало влияние на безумные поступки. Но такой набор симптомов есть у каждого второго человека. Много вы знаете тех, кого с детства родители научили строить гармоничные отношения? Сколько лет живу и работаю психологом, ни разу не встречала таких людей. У каждого человека есть детские травмы, но ничего, как-то умудряются выходить замуж, рожать детей. Почему-то не всем требуется пять лет психологической реабилитации после месяца отношений.

Оказалось, все проще простого, главная причина моей созависимости – непрожитая нарциссическая травма, про которую говорил еще тот самый Фрейд. Многим известно, что есть нарциссическое расстройство личности, есть нарциссический тип характера, но на самом деле в каждом из нас есть нарциссический кусочек. Для того чтобы понять, что такое нарциссическая травма, нужно опять вернуться в детство и понаблюдать за периодом развития личности.

Самая мощная и самая первая травма для психики ребенка – это сепарация. Когда ребенок понимает, что он и мама – не одно целое. Мама – это отдельный человек, и он, вообще-то, тоже самостоятельная единица. Так начинается процесс сепарации, он длится еще очень много лет. Но кто-то и до 70 лет умудряется дожить, а эту травму так и не получить, думая, что мама – самый главный человек в жизни, и он с ней – единое целое.

Дальше в возрасте около трех лет ребенок должен прожить еще одну травму – это как раз та самая нарциссическая травма. Когда ребенок понимает, что он – не центр этого мира. Есть другие люди, у них есть свои потребности, свои дела, а планета не крутится вокруг него. Не все в этом мире будет так, как я хочу, будут случаться вещи, которые мне не нравятся: мама будет уходить на работу, отдавая меня в детский сад, мне придется есть суп, спать днем и собирать игрушки. Естественно, ребенку не нравится жить по чужим правилам, но таким образом, через фрустрацию, психика адаптируется и формируются важные нейронные связи: «Не всегда в моей жизни все будет так, как хочется. Какие-то мои желания никогда не сбудутся. Я не могу отвечать за все и управлять всем, но я могу управлять тем, что мне под силу. Окружающие не всегда будут делать так, как я хочу. Другие люди будут поступать, как хотят они, и это нормально, это их право».

Но, к сожалению, по разным причинам не все получают эту травму в детстве. Любящие родители стараются дать своим детям все самое лучшее, не давая побыть во фрустрации, ни в чем не отказывают и быстро удовлетворяют любые потребности ребенка. Их можно понять: не каждый может выдержать истерику собственного ребенка, ограничивая его права и заставляя что-то делать.

Человек, который привык жить без границ, кажется привлекательным только тем, у кого слишком много правил. По факту, вырастая, такие люди страдают от перфекционизма, желания стать лучшим и бесконечной гонки за целями. Они не могут чувствовать себя счастливыми здесь и сейчас, им всегда чего-то не хватает, и они намерены получить свое всеми правдами и неправдами. Потому что в их детстве и юности всегда так было – они постоянно получали то, что хотели, через родителей.