Люди Цусимы. Русские моряки в героической эпопее

Лейтенант Д. Д. Тыртов, вахтенный начальник (фото примерно 1930 года, Париж)

Лейтенант Дмитрий Дмитриевич Тыртов, командир кормовой башни на броненосце «Адмирал Ушаков», еще до Первой мировой войны был произведен в капитаны 2 ранга и 26.08.1913 года назначен старшим офицером строившегося на Адмиралтейском заводе линейного корабля «Гангут». После вступления корабля в строй служил на нем до 20.08.1915 года, а затем был назначен командиром эскадренного миноносца «Забайкалец» и далее – эсминцем «Гром». Закончил службу командиром линейного корабля «Петропавловск» и произведен в капитаны 1 ранга.

В Белой Северо-Западной армии во главе группы из 30 морских офицеров был направлен на усиление 24-го пехотного Печорского полка. После ликвидации Северо-Западной армии выехал в Германию, где находился в весьма трудном положении на правах беженца. Тыртов обратился к жившему тогда в Париже сослуживцу по бригаде линейных кораблей Балтийского флота контр-адмиралу В. К. Пилкину с просьбой о его устройстве.

Пилкин поспешил в свою очередь написать генералу Юденичу следующее письмо: «Глубокоуважаемый Николай Николаевич! Ко мне обратился с письмом проживающий в настоящее время в Германии капитан 1 ранга Тыртов… Капитан 1 ранга Тыртов, лично Вам известный, очень достойный офицер, пользующийся общей любовью и уважением… Во время наступления Вашего на Петроград К. 1 ранга Тыртов, несмотря на свои годы, с винтовкой, как простой рядовой принимал непосредственное участие, состоя в Печорском полку… Я беру на себя смелость ходатайствовать перед Вами за Тыртова, визу для которого и средства на проезд обещались достать. Прошу Вас принять уверение в глубоком моем к Вам уважении и преданности. Готовый к услугам. Пилкин».

С помощью Юденича и Пилкина Тыртов поселился в Париже, занимал пост заведующего распорядительной частью при председателе Военно-морского союза вице-адмирале М. А. Кедрове. С 1925 года состоял членом Кают-компании морских офицеров. Скончался от туберкулеза в одном из санаториев под Парижем и похоронен на русском кладбище в Сент-Женевьев де Буа.

Машинную команду броненосца судьба отчасти пощадила, в отличие от всех погибших броненосцев (вероятно, были отдраены люки в кочегарку и машинное отделения). Большинство машинистов и кочегаров оказалось в воде, и дальше их жизнь зависела от случая. А вот командир машинной части капитан КИМ Федор Андреевич Яковлев, хоть и был подобран японцами, умер в Сасебо от ран. Погиб в холодной воде и поручик КИМ младший инженер-механик Николай Егорович Трубицын.

Поручик КИМ Н. Е. Трубицын, младший инженер-механик

Николай Егорович Трубицын был старшим сыном из восьми детей крестьянина-мельника Орловской губернии, и отец, с трудом отдав Николая в Императорское техническое училище, ожидал от него материальной помощи остальным своим «ртам». Воинскую повинность Николай предпочел отбывать на флоте и вскоре со старого крейсера «Азия», проявив на нем знания и усердие, был переведен на броненосец «Адмирал Ушаков»… Трюмный механик Джелепов писал отцу Николая, что видел, как он бросился в воду. Но японцы долго не желали подойти к непокорному кораблю, и холодная вода сделала свое дело – среди выживших Николая Егоровича Трубицына не оказалось.

Кают-компания броненосца береговой обороны «Адмирал Ушаков»

Крейсер «Светлана»

Крейсер «Светлана»

Крейсер строился во Франции, по сути, как вооруженная яхта для генерал-адмирала флота великого князя Алексея Александровича. Моряки за глаза называли ее «горничной», памятуя основное назначение корабля. Тем не менее построен корабль был как настоящий бронепалубный крейсер, к коим его и причислили: на «Светлане» были шесть 152-мм и десять 47-мм орудий, бронированная подача снарядов к орудиям и карапасная палуба, прикрывавшая механизмы и бомбовые погреба. В бою 15 мая эта «горничная» показала такие подвиги самоотверженности, которым могли бы позавидовать некоторые другие корабли 2-й Тихоокеанской эскадры.

В обычном ордере эскадры «Светлана» возглавляла разведочный отряд, шедший во главе эскадры и состоявший кроме нее из крейсера «Алмаз» и вспомогательного крейсера «Урал». В бою 14 мая разведочный отряд был придан транспортам для их охраны, и около трёх часов дня «Светлана» получила подводную пробоину в носовом отделении динамо-машин. Отделение быстро наполнилось водой, залило находившиеся здесь два артиллерийских орудия и минный погреб, все четыре динамо-машины и носовую помпу.