Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Более мрачными являются результаты исследования министерства юстиции, проведенного в 2016 году с целью продемонстрировать взаимосвязь между этнической принадлежностью и вероятностью получить тюремный срок в Королевском суде. При «схожих обстоятельствах уголовного дела» вероятность тюремного срока для преступников, причисляющих себя к чернокожим, азиатам, китайцам и другим национальным меньшинствам, была выше, чем для преступников, причисляющих себя к белым (на 53, 55 и 81 % выше соответственно) (8). К этой статистике следует относиться с осторожностью, так как проделанный анализ страдает от значительных неточностей (в частности, касающихся определения «схожих обстоятельств уголовного дела») (9); однако я бы не стал отрицать существование подобных закономерностей. Было проведено множество психологических исследований, продемонстрировавших повсеместность бессознательных предубеждений, оказывающих влияние на выносимые человеком решения. Согласно этим работам, в самой нашей природе зашита склонность положительно относиться к тем, кого мы считаем похожими на себя, и противодействовать тем, кого мы воспринимаем другими (10). Даже здравый смысл подсказывает, что расовый состав судей, среди которых лишь 6 % причисляют себя к черным, азиатам или этническим меньшинствам (11), может запросто привести к тому, что при вынесении приговоров за одни и те же преступления белому населению будет даваться послабление.

Конечно, наблюдаемая несогласованность при вынесении приговоров может быть частично объяснена индивидуальными особенностями судей, однако это лишь малая часть всей картины. Основная причина непоследовательности приговоров заключается не в капризных судьях, – просто эта непоследовательность заложена в саму идеологию выбора меры наказания.

Законодательство в отношении мер наказания – это ад кромешный

Слушания по вынесению приговора можно условно разбить на три этапа: сначала обвинитель перечисляет факты относительно того, что подсудимый сделал, обращая внимание суда на соответствующие правовые аспекты и нормативы, – обратите внимание, что, в отличие от Штатов, обвинитель не начинает активно требовать максимально возможного наказания, равно как и нет «сделок о признании вины», на основании которых судья мог бы одобрить приговор, на который между собой согласились стороны. Вторым этапом является выступление адвоката защиты, который ходатайствует о смягчении приговора, указывая смягчающие обстоятельства, связанные как с составом совершенного преступления, так и с личностью или жизненными обстоятельствами ответчика, тем самым пытаясь склонить судью к самому мягкому возможному приговору. Третий этап – судья выносит приговор.

Пытаться разобраться в мерах наказания – это все равно что бесцельно бродить по просторам свалки уголовного правосудия.

Третья часть кажется сама по себе довольно простой. Но это не так. Вынося приговор преступнику, судья не просто берет из воздуха число, ударяет несуществующим молотком (ранее упоминалось, что в британском судопроизводстве нет молотков, что не мешает продвигать этот образ в СМИ и поп-культуре) и повелевающим голосом приказывает: «Забирайте его». Законы и устанавливаемые ими процессуальные нормы в этом плане ужасно и без надобности запутанные.

Пытаться разобраться в мерах наказания – это все равно что бесцельно бродить по просторам свалки уголовного правосудия. Законодательные акты нагромождаются один на другой. Подзаконные акты с названиями, никак не связанными с вносимыми ими поправками в первоначальные законы, а также недодуманные, недоделанные, наполовину отмененные детища некоторых из наших самых бестолковых политиков разбросаны повсюду вокруг, уходя куда-то за горизонт. Многие сотни законоположений занимают в общей сложности, по самым скромным оценкам, более 1300 страниц (12). Если кому-либо захотелось найти символ отчаяния, порожденного работой безнравственного, гоняющегося за громкими заголовками правительства, кутящего в оставленных им руинах, то вряд ли бы ему удалось найти что-то более подходящее, чем законодательство о мерах наказания.

И это лишь каркас: посчитанные страницы не включают сотни листов директив по мерам наказания и тысячи постановлений Апелляционного суда, в которых судьи могут найти все необходимые подробности.