Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Стараться не раздражать судью – еще одно ключевое условие, чтобы можно было рассчитывать на более мягкий приговор. Причем касается это в такой же степени и вашего адвоката. Если судье нравится барристер или солиситор, то он будет гораздо более расположен к тому, чтобы дать шанс преступнику, с которым еще не все потеряно. Когда я только начинал адвокатскую практику, то обнаружил, что жалость – довольно сильная карта, которая может быть разыграна ненароком в мою пользу. Я не сомневаюсь, что как минимум в нескольких моих делах судья, смерив взглядом никудышного сосунка-защитника, из жалости ко мне выносил куда более милосердный приговор, чем мой подзащитный заслуживал. С другой стороны, мне доводилось наблюдать, как судья с трудом сдерживает свое презрение к барристеру защиты. Когда защита начинала приводить необоснованные доводы для смягчения приговора, доходило до того, что по лицу судьи практически можно было прочитать, как тот мысленно добавляет месяцы к приговору с каждой минутой выступления барристера.

Стараться не раздражать судью – еще одно условие, чтобы можно было рассчитывать на более мягкий приговор. Это также касается и адвоката.

В наших кругах ходит легенда об одном (ныне уже на пенсии) судье, который как-то раз выносил приговор по делу о довольно жестоком бытовом насилии. На слушании прикованная к инвалидной коляске мать ответчика, находившаяся, как было сказано, под его опекой и чья инвалидность была центральным аргументом в ходатайстве барристера о смягчении приговора, была целенаправленно усажена в первом ряду скамей для публики и тихонько всхлипывала на протяжении всего заседания. Судья приговорил обвиняемого к трем годам. После этого он вызвал незадачливого барристера к себе в кабинет, стащил с него парик и сказал: «Ну что думаешь, малец? Малость жестковато? Я собирался дать два года, но потом он решил надавить на жалость».

И дело тут не только в характере. Внешние факторы также играют немаловажную роль. Могу вас заверить из своего личного опыта, что если ваше слушание по вынесению приговора было перенесено на вторую половину дня судьей, который рассчитывал после обеда освободиться, то ничем хорошим это не закончится, и даже научные исследования подтвердили, что недовольство порой является двигателем строгих приговоров. Так, в одной работе двух экономистов, изучавших вынесенные в ювенальном суде Луизианы приговоры в период с 1996 по 2012 год, было убедительно продемонстрировано, что выпускники Университета штата Луизиана выносили более строгие приговоры после неожиданных поражений «Тигров» – футбольной команды их родного университета (5). Статистическое исследование проводилось с контролем других факторов – единственным объяснением наблюдавшихся отклонений было то, что судьи выражали свое недовольство в суде, вымещая его на неудачливых подсудимых.

Влияние усталости и голода также было доказано. Одно американское исследование, опубликованное в «Psychological Science» в декабре 2016 года, показало, что в «сонный понедельник» – день после перехода на летнее время – сроки тюремного заключения, к которым приговаривали судьи, были в среднем на 5 % длиннее, чем во все остальные дни года (6). Израильское исследование решений комиссии по условно-досрочному освобождению в 2011 году продемонстрировало, что шанс заключенных на освобождение падал практически до нуля, когда время близилось к обеду, после которого вероятность резко подскакивала (7). Опять-таки практика все это подтверждает, о чем вам скажет каждый барристер, которому удавалось впихнуть свое слушание по вынесению приговора в утреннее расписание на 12.58, из-за чего судья не мог вовремя пообедать. Завтрак судьи, таким образом, может оказать самое прямое влияние на то, какой приговор вы получите.

В «сонный понедельник» – день после перехода на летнее время – сроки тюремного заключения, к которым приговаривали судьи, были в среднем на 5 % длиннее, чем в остальные дни года.