Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Важность подобной проверки очевидна, даже если полиция полагает, что обвиняемого ни за что на свете не выпустят до суда, так как, если судья все же примет решение в пользу обвиняемого, суд будет совершенно по праву ожидать, что обвинение выскажет свой протест по поводу предложенных условий и адреса. Суд оказывается крайне разочарован, когда обвинение встает и начинает мямлить:

– Ваша честь, боюсь, у нас нет информации по этому поводу.

Причем разочарованным суд оказывается весьма часто. Огромное количество слушаний по ходатайствам об освобождении под поручительство, в которых я выступаю на стороне обвинения, начинаются и заканчиваются тем, что я молча стою, разинув рот, словно сардина в аккуратном костюме, в то время как судья нараспев произносит пять слов, составляющих 95 % слухового рациона каждого обвинителя:

– Почему это не было сделано?

Редко когда на это есть что ответить, а еще реже – ответить что-то вразумительное. Иногда прокуратура не уведомляет полицию о ходатайстве. Иногда полиция не уведомляет прокуратуру о результатах своей проверки. Порой они пытаются это сделать, но компьютер виснет либо факс оказывается сломан. Иногда у полиции не оказывается ресурсов, чтобы проверить адрес в течение суток. Иногда дома попросту никого не оказывается, и полицейские не успевают прийти повторно.

Огромное количество слушаний по ходатайствам об освобождении под поручительство, в которых я выступаю на стороне обвинения, начинаются и заканчиваются тем, что я молча стою, разинув рот, в то время как судья нараспев произносит пять слов: «Почему это не было сделано?»

И хотя судьи обычно разрешают один, а иногда даже и два раза ненадолго отложить слушания, чтобы выполнить все необходимые проверки, в конечном счете они теряют терпение, и происходит одно из двух. Судьи, больше склоняющиеся в сторону обвинения, находят способ обвинить во всем подсудимого, отказывая ему в освобождении до суда, хотя никакой его вины в этом нет. Самые же раздраженные судьи попросту освободят подсудимого на условиях, предложенных защитой. Что тоже может обернуться проблемами. А все потому, что – несмотря на то что большинство солиситоров и не подумают ввести суд в заблуждение – для некоторых из их клиентов это хлеб насущный. Скажем, подсудимого освобождают до суда, в соответствии с его указаниями, на поруки его мамы. Если же мама откажется впустить своего заблудшего отпрыска либо же и вовсе умерла пять лет назад, а по указанному адресу теперь находится какая-то забегаловка, то мы получим подсудимого в бегах, найти которого не так-то просто.

Несколько лет назад мне довелось выступать обвинителем на рассмотрении ходатайства об освобождении до суда группы юных албанцев. Они были остановлены за безбилетный проезд на поезде контролером, который обратил внимание, что надетые на них спортивные штаны обмотаны скотчем на уровне лодыжек и подозрительно выпирают. Все стало ясно, когда прибыла полиция и обнаружила у них в штанах шестьдесят телефонов, принадлежащих шестидесяти задремавшим пассажирам поезда. Такая вот современная банда Фейджина[6], хотя прибыль от продажи шестидесяти «айфонов» явно бы превзошла самые смелые фантазии Ловкого плута (прозвище еще одного персонажа того же романа – Джека Докинза). Будучи, по их собственному заявлению, родом из города на другом краю страны, они предложили в качестве адреса для домашнего ареста именно это отдаленное место. Проверка адреса к моменту рассмотрения ходатайства в Королевском суде проведена не была. То же самое упущение случилось и во второй раз. И на третий. На четвертый раз раздраженный судья освободил подсудимых на предложенных условиях. Наверное, вы уже догадались, что произошло потом. Явившиеся в тот же вечер по названному адресу с целью установки оборудования для отслеживания электронных браслетов подсудимых судебные приставы были встречены разгневанной старушкой, которая отказалась их пускать на порог и заявила, что не знает никаких албанских уличных банд, однако слишком хорошо знакома с тем, что их члены постоянно сообщают неосведомленным судам ее адрес. Местные полицейские давно прознали про эту схему и всегда давали прокуратуре указания предупреждать суд в случае появления данного адреса в заявлении на освобождение до суда. Возьми наши полицейские в руки телефонную трубку, они бы узнали об этом в считаные секунды. Никаких звонков, однако, сделано не было. Никаких проверок не было проведено. Это ведь всего лишь ходатайство об освобождении до суда. В эпоху скудных полицейских ресурсов им попросту не до этого.

* * *