Ты будешь там всегда, пока ты жива, и он это знает. Вы вместе будете праздновать каждую его победу, как он того заслуживает. Ты даже прыгнешь в воду вместе с ним. Почему бы и нет? Ты разделишь с ним некоторые из его переживаний. Главное, не упускай возможность заняться чем-нибудь вместе со своим ребенком, тем, что ему по-настоящему интересно: делись с ним чувствами, эмоциями и адреналином. Пробуди подростка внутри себя самой и прыгай вслед за ним в воду.
Только вчера вечером один разведенный друг сказал мне, что теперь два дня в неделю он ходит плавать вместе со своим сыном-подростком. Я тут же подумала: «Какое прекрасное воспоминание на будущее! Не для отца, а именно для сына». Задавай себе снова и снова этот вопрос, будь то моменты спокойствия или моменты кризиса: «Что бы я хотела, чтобы мой ребенок запомнил из своего детства-юности?»
И если мы всегда будем рядом с детьми, празднуя их победы, мы тем более будем держать их за руку в самые темные и печальные моменты в их жизни. В те дни, когда, сколько бы ни напрягали зрение, они ничего не смогут разглядеть, в те дни, когда, чтобы что-то увидеть, нужно как раз закрыть глаза и перестать дышать. Именно мы, родители, а не кто-то другой, соберем все их осколки и поместим их в безопасное место. Мы будем теми, кто начнет этот процесс восстановления, чтобы вернуть их к жизни. Потому что опыт, который переживаем мы и они, разный, но эмоции – они одинаковы.
– Папа, просто я чувствую в горле что-то такое, что не дает мне дышать. Это как удар кинжала, что-то острое и болезненное, от чего у меня перехватывает дыхание. Я больше не могу! – говорила я отцу сквозь слезы, которые омывали мое разбитое сердце.
– Это, дочка, болит твоя душа, – ответил он мне с другого конца провода. – Я понимаю тебя, дорогая. Это – самая сильная боль, которую только можно пережить. Она душит тебя, она ранит, она опустошает и терзает тебя. Но это пройдет, моя дорогая, я обещаю тебе, что это пройдет.
– У тебя когда-нибудь болела душа, папа? – спросила я наконец после нескольких всхлипов и слов, заглушаемых плачем.
– Конечно, милая. Это пройдет, вот увидишь. Поверь мне, – сказал мой отец голосом, доносящимся из самых чистых и глубоких уголков его души.
Годы прошли, и мне удалось построить свой собственный корабль, который плавает в том же океане, что и корабль моих родителей. Иногда мы переживаем шторм вместе, и тогда наш союз набирает еще большую силу. В большинстве других случаев я путешествую одна, следуя различным маршрутам, которые порой заставляют меня сомневаться, которые временами даже не позволяют мне увидеть горизонт. И я могу сказать, что каждый сантиметр этого корабля наполнен удивительными воспоминаниями и эмоциями, которые я собирала, наблюдая за прекрасными закатами, переживая ледяные штормы, наслаждаясь незабываемыми рассветами. Мои дети радостно бегают по палубе счастливые. В своей каюте стоит небольшой сундучок, где я храню этот разговор со своим отцом. «Это болит твоя душа». Да, я переживала такую боль еще несколько раз в жизни, и его слова всегда возвращались ко мне: «Это пройдет, моя дорогая, я обещаю тебе, что это пройдет». И он был прав, она всегда проходит.
Возвращаясь к вопросу о том, что бы я хотела оставить в воспоминаниях своих детей из их детства-юности…
Я написала эту книгу как мать, как педиатр, как врач, который всегда думает о своих детях, о своих маленьких пациентах, об их заботливых отцах и об их вдохновляющих матерях. Я начала с того самого момента, как стала матерью, с моих родов. Но теперь настало время замкнуть этот круг, и я буду писать как дочь. Ведь до того, как стать матерью, я была дочерью, и останусь ею до конца своей жизни. И все, что будет происходить дальше, поплывет вместе со мной на моем корабле.
Папа, я не помню твоих долгих рабочих дней. Я не помню, чтобы я слышала твой будильник, который будил тебя каждый день в шесть утра. Я не помню дни, когда ты возвращался домой измотанный, и не помню длительных вахт, когда ты работал где-то далеко, и я тебя не узнавала, когда ты возвращался наконец домой. Я даже не помню, что ты дарил мне каждый год на день рождения.
Мама, я не помню твоего бешеного рабочего ритма, школьных автобусов, быстрых перекусов на бегу и частных уроков. Я не помню долгих ночей, когда ты писала свою блестящую докторскую диссертацию, пока мы спали. Я не помню твоей жертвы, самоотречения и борьбы, когда ты старалась успевать быть матерью, учиться и работать – и все это одновременно! Я не помню дни, когда ты оставалась одна с двумя детьми на руках, под ворохом их проблем и домашних заданий, пока папа работал где-то далеко.
Я не помню момент, когда мне стали давать двадцать пять песет на карманные расходы, не помню, хвалили меня или наказывали.