Лучшее в нашей жизни. 45 нежных советов. От прививок и режима сна ребенка до эмоционального здоровья родителей

Папа, я не помню, сколько раз ты рисковал своей жизнью на работе, я не помню волнений и телевизионных новостей, когда какой-нибудь шахтер из участка, расположенного недалеко от твоего, оказывался в ловушке на глубине шестисот метров под землей. Я не помню твоих слез, тонувших под слоем угольной пыли, когда он не выбирался оттуда живым.

Я не помню ни одного вашего спора с мамой, ни одного крика, ни одного удара. Я не помню ни одного «Мама, не кричи на меня». Нет, я этого не помню.

Я не помню, мама, чтобы на первое место ты ставила свою потребность исследовать мир эмоций с того самого момента, как ты решила стать матерью. Но я знаю, что ты сделала это, и, более того, ты великолепно со всем справилась.

Но знаете, что я действительно помню? Знаете, что питало мое детство и мою юность на протяжении всех этих лет?

Папа, я помню, как ты приходил с работы и садился рядом со мной, чтобы сделать домашнее задание. Я помню, как ты не давал мне встать, пока задание не отскакивало у меня от зубов. Я помню, как мой брат Хосе брал у нас с тобой интервью и записывал нас на диктофон и мы заходились от смеха из-за моих дурачеств.

Я помню, как ты щекотал меня до такой степени, что я начинала икать. Я помню все твои сказки, которые ты рассказывал нам по вечерам, которые ты выдумывал сам, наполняя их волшебством и магией.

Я помню твой картофельный омлет на ужин и то, как мы все четверо садились перед телевизором смотреть «Еженедельный отчет»[15]. Я помню, как я злилась, что Хосе всегда достается самый большой кусок, потому что он старше. Я помню, как мы танцевали на кухне, пока мама готовила еду. Я помню наши заговорщицкие взгляды и приступы глупого смеха, которые ставили всех в тупик.

Я помню, что ты однажды сказал Хосе после того, как меня ударил некий Роберто:

– Хосе, что бы ни случилось, всегда, ты меня слышишь, всегда, независимо от того, кто прав, кто виноват, ты должен защищать свою сестру.

Он выполнил твой наказ, папа. С тех пор он так и делает.

Я помню, папа, как ты водил меня на концерт, где читались неповторимые стихи Анхеля Гонсалеса под живую музыку Педро Гуэрры, после которого мы делились впечатлениями друг с другом и долго вздыхали. Папа, я до сих пор вижу, как ты сидишь со мной рядом, как позволяешь стихам поглотить себя, не скрывая ни одной своей слезы. От кого тебе их скрывать? Зачем их скрывать? Разве нужно заставлять эмоции замолчать? Ты подарил мне величайший урок жизни, папа.

Мама, я помню, в детстве, когда ты приходила очень поздно с работы и я уже спала, ты писала мне письмо, где рассказывала, как прошел твой день, а потом прятала его в нашем тайнике (деревянной шкатулке). Ты помнишь ее? Проснувшись утром, я незаметно для Хосе брала его и запиралась в ванной, чтобы его прочитать. Когда мы садились завтракать, мы смотрели друг на друга с таким сопереживанием, которого я больше никогда ни у кого не видела. Я всегда пыталась найти хотя бы несколько минут, чтобы написать тебе ответ и спрятать его там же… в надежде, что ты прочтешь его в тот же вечер.

Мама, ты научила меня зарисовывать все свои желания в красивый блокнот, визуализировать, воображать, фантазировать и мечтать. «Если ты нарисуешь свои мечты, они обязательно сбудутся», – сказала ты мне, показывая свой блокнот с нарисованными мечтами, где я увидела впервые наш маленький домик, который появился у нас через десять лет после того, как я его раскрасила.

Я помню, как я заходила в твой кабинет и говорила: «Мама, ты меня слышишь?» И ты всегда меня слушала.

Мама, я помню, как ты экспериментировала и пробовала на мне все свои техники релаксации: я была твоим подопытным кроликом, на котором ты практиковала все то, что потом начали называть «эмоциональным интеллектом». Никто не знал тогда, о чем ты говорила. А я знала. И знаешь, это сработало. Ты только посмотри на меня: даже я пишу об эмоциональном интеллекте тридцать лет спустя.

Я помню каждое свое «Мама, давай поговорим?». И ты всегда рядом.

Мама, ты была неутомимой в своем следовании за мечтой, любящей, трудолюбивой, заботливой матерью.

Мама, ты наполнила наш дом книгами, а мою душу – мудростью. Я еще не встречала никого, кто читал бы столько, сколько ты, хотя, возможно, Хосе уже догоняет тебя. И сегодня я тоже читаю с карандашом в руке, делая пометки на полях, как это всегда делала ты. И по сей день я записываю дату и место, где я купила книгу, в память о тебе.

Я помню, как я впервые услышала это от тебя. Да, это была ты. Ты сидела у меня на кровати, и пока я обнимала тебя, ты сказала мне: «Мама тоже плачет». И ты плакала, и мы плакали.

Воспоминания, воспоминания, воспоминания…

Я помню моменты, проведенные вместе, много их было, мало, – я не знаю. Но они были замечательные.

Спасибо, папа. Спасибо, мама. Спасибо за то, что научили меня мечтать, писать, думать самостоятельно, плакать, когда это необходимо, бороться, упорно бороться за то, во что я верю, и никогда не осуждать.