Конкретно в нашем случае мы поступили так, как сделали бы любые другие родители. Мы пришли в школу в поисках ответов. Есть ли дети, с которыми у моего сына возник конфликт? Может быть, учительница слишком требовательна? Это вопросы, которые мы все задаем себе. Но договорившись о приеме и встретившись с учительницей, мы нашли в ее лице понимание и отклик на наши переживания, как родителей, и на эмоциональные переживания нашего ребенка. Мы не услышали от нее слов вроде: «Все это детские выдумки» или «Не стоит придавать этому такое уж большое значение, это само пройдет». Для нас, как и для нашего ребенка, это не было детскими выдумками, и, к счастью, его педагогу это тоже не казалось какой-то банальностью. Она внимательно выслушала нас, ни на мгновение не переставая смотреть нам в глаза. Она была уважительна в своих вопросах, с пониманием и сопереживанием давала детальные ответы. Втроем мы смогли разработать план действий, который соответствовал потребностям Карлоса и подошел ему идеально. Менее чем за месяц проблема была решена: без драм, без поиска виновных, без странных детективных сюжетов. Карлитос начал снова с удовольствием и радостью ходить в школу, демонстрируя безупречную успеваемость. Именно в этот момент я поняла, какую огромную ответственность несут на себе учителя, которые по факту проводят с нашими детьми больше времени, чем мы сами.
Иногда, выбирая школу, мы обращаем внимание на детали, которые, возможно, не так и важны, такие как академические требования в школе, экзамены, дисциплина и так далее. Я никого не хочу упрекнуть, потому что делала то же самое. Хотя теперь думаю, что критерий того, насколько учитель хороший или плохой, должен определяться не только знаниями, которые он передает нашим детям, но тем, насколько он помнит, что день за днем ему приходится сталкиваться с людьми, хоть и маленькими по своему возрасту, но уже обладающими глубоким эмоциональным миром. Пусть они еще дети, но они думают, чувствуют, страдают и накапливают свой жизненный опыт, и поэтому они заслуживают того, чтобы к ним относились с уважением и признанием. Хороший учитель должен осознавать, что перед ним драгоценнейший дар – невинность в чистом виде.
Лично я столкнулась с наивысшим проявлением невинности со своим сыном, когда ему было два с половиной года. Однажды летним днем в Астурии мы решили устроить дома званое чаепитие. Пришло много гостей, чтобы провести с нами вместе вечер. И я постоянно бегала за его младшей сестрой, которая наконец вырвалась на свободу, и оставлять ее одну без присмотра было опаснее, чем слона в посудной лавке.
Карлитос часами играл со своим дядей Моисеем. Моисей – человек, который в силу своей профессии днем и ночью работает в окружении детей, поэтому он сам обладает огромной долей невинности и сопереживания. Он предлагал Карлосу одну игру за другой, и детский смех был слышан по всему дому. Это был незабываемый вечер.
Ближе к вечеру, когда все гости разошлись, я оживленно болтала со своими детьми, пока надевала на них пижамы и укладывала в кровати. Мне нравится спрашивать их, что им больше всего запомнилось в сегодняшнем дне, что в нем было самого веселого, потому что это всегда помогает открыть в них что-то новое и удивительное. На этот раз я рискнула задать Карлосу другой вопрос, который априори казался очень простым.
Должна сказать, что Моисей – темнокожий, с огромными белоснежными белками глаз и еще более белой бесконечной улыбкой.
– Солнышко, какого цвета Моисей?
Карлос широко раскрыл свои глаза и поднял руки, демонстрируя мне свои нежные ладошки.
– Он беееееелый! – сказал он мне.
Мальчик, лишенный предрассудков, увидел своего дядю таким открытым и сияющим, что ни на мгновение не усомнился в этом: он был белым. Белки его глаз, его белоснежная улыбка. Он больше не видел ничего, не видел черной кожи. И я, конечно, не стала ему возражать. Невинность в чистом проявлении.
Мы – не то, о чем мы думаем, мы – то, что мы чувствуем
Я чувствую, и чувствую глубоко, и чувствую всем своим существом. Я такая.
«Не закапывайся в этом. Не позволяй этому так сильно влиять на тебя. Не принимай так близко к сердцу. Не страдай». Мои чувства принадлежат мне, они захватывают меня, потому что они живы. Дело не в том, влияют они на меня или нет, они просто есть, они являются частью меня, и если мне придется посмотреть им в глаза, то сделаю это без страха. И я принимаю все близко к сердцу, отзываюсь на свои чувства. А иначе какой смысл в том, чтобы их чувствовать? Я их чувствую, их проживаю, иногда я из-за них страдаю и… я учусь.