Лучшее в нашей жизни. 45 нежных советов. От прививок и режима сна ребенка до эмоционального здоровья родителей

Это был зеленый свет, который исходит от твоих глаз, который наполняет надеждой мои строки, как пелось в одной песне[13]. Потому что именно твои зеленые глаза всегда освещали мой путь, и теперь мои глаза, такие же зеленые, будут озарять эти смутные и мрачные дни.

Свет, который озаряет расстояние между тобой и мной. И хотя сейчас это расстояние тебе кажется огромным, со временем ты поймешь, что там, где есть любовь, нет ни километров, ни дорог.

Это было твое объятие цвета индиго, которое тронуло меня, твое объятие цвета индиго, которое разделило меня надвое. Объятие, которого ты не понимал, объятие со вкусом прощания, усыпанное меланхолией.

Возвращайся скорее, папа…

Ты слишком молод, чтобы говорить о прощаниях, в том возрасте, когда так часто происходят встречи, приветствия, сюрпризы и радости… Но вчера твои зеленые глаза были окрашены в грустный, приглушенный цвет индиго от твоих объятий.

Семьи не разрушаются. Семьи преобразуются, перестраиваются.

Это был зеленый свет, хозяин моих ночей, как говорится в песне… потому что я всегда охраняю твой покой, потому что я всегда берегу его и раскрашиваю твои сны яркими красками. Потому что прошлой ночью я взяла кисти и стерла синие, серые и черные цвета, и наполнила твои мечты светом.

Это свет, который восстанавливает мои эмоции, этот свет… тот свет, с которым ты пришел в этот мир. Тот свет, который затмил собой мои тени. Тот свет, который сделал меня лучше.

И пока я раскрашивала твои сны в тишине ночи, пока я гладила твои ступни у изножья кровати, ты внезапно улыбнулся. И я вспомнила все те улыбки, которые ты мне дарил, потому что, знаешь, сынок?

Я сделана из кусочков тебя, твоего голоса, твоей походки, твоего пробуждения, твоего смеха и твоего рождения.

И именно поэтому я бы переписала каждое твое прощание, выпила бы все твои слезинки до последней капли, я бы вложила всю себя в каждое твое объятие цвета индиго, чтобы тебе больше никогда не пришлось переживать такое.

И хотя ночь и была серой, на следующее утро, как и каждое утро, будет светить солнце. И хотя, как говорится в песне, я сделана из кусочков тебя, твои разбитые кусочки, твои вопросы без ответов, твои глубокие раны я буду хранить все в чемодане, в чемодане цвета индиго.

Когда ты вырастешь, мы откроем его вместе, вместе с папой, и ты обнаружишь, что кусочки тебя и меня уже больше не разбиты. Ты сам найдешь ответы на все свои вопросы и увидишь, мой сын, что раны зажили.

И это и есть жизнь, свет и тени, зеленый свет твоих глаз и индиго прощаний. Кусочки тебя и меня.

36 Время домашних заданий Как правильно его организовать?

Его эмоции так же важны, как и мои

Наши дети растут, и мы, как родители, начинаем возлагать на них все больше и больше обязанностей. Но то же самое делают и их учителя в школе. Я не знаю таких родителей, которые бы не возмущались, читая в дневнике список домашних заданий: «Как можно столько задавать», – недоумевают одни. «У них не остается времени ни на игры, ни на отдых», – вторят им другие. И все они правы. Однако постоянное восстание с нашей стороны против уже сложившихся правил, тем более на глазах у наших детей, не слишком помогает. «Нет смысла бороться с очевидными вещами», – снова и снова говорила мне моя мама, когда я была еще подростком.

Я бы хотела, чтобы у моих детей не было домашних заданий. На самом деле в нашей школе уже есть несколько учителей, которые их не задают. Мне бы хотелось, чтобы восемь часов, проведенные в школе за чтением, письмом и учебой, сочли достаточными и детям не нужно было приходить домой перегруженными и озабоченными уроками, которые нужно успеть подготовить к следующему дню. Если бы прямо сейчас у меня была волшебная палочка, думаю, именно это желание я бы загадала.

Но реальность такова, что меня, как и многих других родителей, по возвращении домой поджидает битва за уроки сразу после ужина.

– Что тебе сегодня задали на дом, сынок? – спрашиваю я с одной из своих самых милых улыбок.

– Ничего, пустяки, – почти всегда отвечает он.

Я уже давно поняла, что у нас с ним существенно отличается система измерения «пустяков» и что его «ничего» иногда выглядит как «очень много».

– И скажи мне, солнце мое, когда ты собираешься садиться за уроки? – Я изо всех сил стараюсь сохранить улыбку.

– Потом.

Я хватаю ртом воздух и спрашиваю:

– Потом – это когда? – Мы, матери, можем быть очень настойчивыми.

– Ой, мам, ну потом. Сначала поем, немного отдохну. Не доставай.