Лучшее в нашей жизни. 45 нежных советов. От прививок и режима сна ребенка до эмоционального здоровья родителей

«Не доставай». Ну все, он это сказал. Ты чувствуешь, как тут же включается режим матери-полицейского. На данный момент у тебя есть два варианта. Вариант один: твердо придерживаться своей роли полицейского (с которой, похоже, ты хорошо справляешься) и настаивать на своем, только на этот раз без той ангельской улыбки, с которой начался разговор:

– Я тебя не достаю, я просто хочу знать, во сколько конкретно ты собираешься начать заниматься. Потому что ты всегда говоришь одно и то же и в результате садишься за уроки слишком поздно, когда ты уже устал и не можешь сосредоточиться. И у тебя ничего не получается, и ты злишься, а потом злюсь я, и бла-бла-бла… – На случай, если ты не знала, твой сын отключился от твоей проповеди еще где-то на пятом слове.

Другой вариант – посмотреть на все под иным углом. Как раз в этот день ты пришла с работы позже, чем обычно, у тебя еще куча дел, тебе надо сделать пару звонков, и, как назло, эта ноющая боль в шее просто не дает тебе спокойно жить. Сегодня у тебя нет сил на споры и выяснение отношений:

– Ладно, сынок, ты уже взрослый, чтобы брать на себя ответственность за свои уроки. Делай тогда, когда сочтешь нужным. Если что, я в гостиной, занимаюсь своими делами. – Ты выходишь из кухни, пока твой ребенок спокойно перекусывает, улыбаясь от уха до уха, потому что сообщение, которое он уловил, было таким: «Делай уроки, когда захочешь». Ха-ха!

Есть дети, для которых выполнение домашнего задания не представляет никаких проблем, более того, им это нравится. Тебе не нужно стоять над ними с палкой, чтобы заставить сделать уроки. Если это твой случай, поздравляю! Но эта проблема схожа с проблемой питания или сна. Есть те, кто ест с аппетитом и засыпает без особых усилий, а есть те, для чьих родителей это превращается в настоящее испытание.

И для меня на какое-то время домашние задания превратились именно в это.

Это было единственное время дня, когда я злилась, сильно расстраивалась, повышала голос и буквально впадала в отчаяние. Все было правда так плохо. Мой сын Карлос – очень умный ребенок, обладающий восприимчивостью, несвойственной для его возраста, что делает его по-настоящему уникальной и вдохновляющей личностью. У него есть невероятная склонность к ораторскому искусству, благодаря которой он может убедить вас в самых неожиданных теориях, вплоть до того, что два плюс два будет пять, но… в какой-то период своей жизни он не любил делать домашние задания. И поскольку ему это не нравилось, он бунтовал и восставал, причем на ежедневной основе, настойчиво, громко, находя с каждым разом все более и более веские причины, чтобы этого не делать или отложить на потом, что меня откровенно утомляло.

Однажды на выходных я поехала в Барселону, чтобы принять участие в замечательном семинаре по коучингу для родителей, и это был насыщенный опыт, который позволил на многие вещи посмотреть по-другому. Я считаю себя хорошей матерью, но ни я, ни мои дети не идеальны. За эти три очень напряженных дня, в течение которых я путешествовала по своим эмоциям и эмоциям моих детей, многое из того, что вызывало у меня беспокойство или казалось неприятным, открылось совершенно с другой стороны.

Именно там и благодаря этому семинару я увидела, словно кадр из кинофильма, сильную, любящую, заботливую, «заряженную», как сказал один из моих коллег, женщину, с удивительным терпением относящуюся к своим детям. Но в течение одного часа в день эта женщина вела борьбу со своим сыном за выполнение им домашнего задания. У меня перехватило дыхание, когда я увидела, как эта женщина, которую я даже не узнаю, кричит и теряет контроль над собой, как она приходит в ярость перед лицом впавшего в ступор ребенка, разозленного, разочарованного, готового бросить вызов и вспыхнуть от ярости. И до этого момента я не осознавала всех своих ошибок. Своих, а не его. Он просто был моим отражением, он просто отвечал мне тем же отношением, которое я демонстрировала ему.

На гнев, ярость и крик я никогда не заставлю своего ребенка ответить радостью, энтузиазмом и оптимизмом.

Осознавать это было тяжело, но крайне необходимо. Я поняла, что на гнев, ярость и крик я никогда не заставлю его ответить радостью, энтузиазмом и оптимизмом. Теперь я это ясно видела.

Попрощавшись с участниками семинара, с которыми я поделилась бóльшим, чем со многими из моих давних друзей, и поблагодарив команду за замечательную работу, хотя я, наверное, никогда не смогу отблагодарить ее в полной мере за все то, чему она меня научила, я вернулась домой с твердым намерением никогда больше не осуждать своих детей. Смотреть на них с любопытством, не допрашивать детей, а исследовать их эмоции и сопровождать на пути, время от времени ставя себя на их место. И всегда внимательно их слушать, без предубеждений, без «я уже знаю, что он мне скажет», и в то же время стремясь открыть в них что-то новое.