Магический мир. Введение в историю магического мышления

Все это не раз случалось в моем присутствии… Все эти трюки удивительным образом походят на те, что используются на современных спиритических сеансах и, без сомнения, не могут исполняться без помощи ассистентов»[133]. Однажды Богораз имел случай присутствовать при «совершенно необыкновенных» деяниях одной шаманки, среди описания которых мы встречаем и следующий эпизод: «Затем она взяла большой круглый камень, величиной с человеческий кулак, положила его на бубен и, дуя на него со всех сторон, принялась бормотать и хрипеть, изображая духов. Она объяснялась с нами при помощи знаков, так как, находясь во власти духов, на время утратила дар речи. В какой-то момент она начала обеими руками сжимать камень, и вскоре из ее ладоней посыпались маленькие камешки. Они продолжали падать в течение минут пяти. На полу, устланном шкурами, образовалась груда из камешков. Большой же камень остался целым и таким же гладким, как и вначале. Я сидел очень близко от фокусницы и внимательно следил за всеми ее движениями. Однако я не мог понять, откуда взялись эти камешки. На ней была обычная женская одежда-комбинация, которую она спустила до пояса, так что вся верхняя часть ее тела была совершенно голая, и мне было легко контролировать ее действия. Через несколько минут я неожиданно для нее попросил ее повторить этот трюк, думая поймать ее врасплох, но она сразу же взяла камень и без всякого труда выжала из него поток маленьких камней, еще больший, чем в первый раз»[134]. Для М. Гузинде испытания силы селькнамских колдунов обладают «несомненным достоинством реальности»[135] и не могут быть объяснены посредством предположения о сознательном обмане[136]. Автор ссылается, среди прочего, на следующее «доказательство»: «Раздевшись до пояса и обнажив руки, колдун Тененеск положил на раскрытую ладонь правой руки три камешка размером с вишню. Устремив на них взгляд, он с силой дунул на них, и камни исчезли с руки, которая до того момента оставалась совершенно неподвижной. Он повторил трюк: на сей раз я следил за ним более внимательно. Я сам поднял с земли четыре камешка и положил их на раскрытую ладонь его руки: колдун еще раз проделал тот же спектакль с равным успехом. Было совершенно невозможно подозревать здесь ритуальную условность или обман»[137]. Относительно особых обрядов переноса лихорадки от больного на животное или дерево Трийес сообщает: «…В высшей степени странные церемонии, во время которых можно увидеть, как под воздействием магических пассов больной постепенно успокаивается, а животное начинает дрожать, выть, затем вдруг ложится на землю, цепенеет и падает как труп. Обычно это бывает кари, но нередко также любимый пес больного… Мы видели, как действует колдун у фанг. У одного из наших катехизаторов случился тяжелейший озноб, так называемая лесная лихорадка. Хинин оказался бессилен. Колдун приказал перенести его под дерево (mpala) с широкими листьями. Затем он проделал ритуальные пассы: сначала над больным, потом над деревом. Тотчас же листья этого дерева начали качаться, а потом скручиваться в трубочку и опадать. Больной обильно пропотел, и на следующий день выздоровел»[138]. Тот же Трийес рассказывает о том, что у фанг прием новичков старыми колдунами включает в себя довольно сложный ритуал, состоящий из ряда эпизодов, последний из которых представляет для нас особый интерес. Заключительный ритуал, который Трийес видел лично, совершается, если резюмировать, следующим образом. В отведенном месте сооружается конструкция, изображенная на рисунке 1. В начале церемонии старые колдуны обходят ее, в положенное время хлопая в ладоши и воспевая гимн духу, который, как считается, присутствует на этой же церемонии. В это время колдун мерно и глухо бьет в свой там-там. Затем приводят новичков, предварительно подготовленных к ритуалу рядом тяжелых испытаний. По сигналу новички усаживаются на шест MN так, как показано на рисунке 2. Одновременно с этим колдун принимает позу, изображенную на том же рисунке: руки подняты вверх, ладони развернуты назад в форме чаши и обращены к краю шеста, обозначенному на рисунке точкой N. В определенный момент шест начинает опускаться в сторону воздетых рук колдуна, сначала медленно, потом все быстрее. Достигнув горизонтального положения, шест останавливается, когда руки шамана оказываются примерно в пятидесяти сантиметрах от края шеста, а ноги новичков – примерно в двух метрах от земли (рис. 3). Присутствующие, с пением, трижды обходят всю конструкцию. Продолжая держать руки в исходном положении, колдун, который должен «принять» новичков, медленно опускается на колени (рис. 4), а затем ложится на землю, скрестив руки на груди: шест следует за его движениями (рис. 5).