Маньчжурия 1945: Война.Золото.Любовь

Василий больше к отцу за благословлением не ходил. Ходил он в дом вдовы Агриппины. Особо при этом не таился, помогал по хозяйству и опекал Груню и сына. А сельские слухи просто игнорировал.

Василий выжидал удобную ситуацию, чтобы исчезнуть с любимой женщиной из Сидоровки навсегда. Брат Любаши был реалистом и понимал, что здесь жить так, как они хотят им не дадут.

Василий управлял всем бизнесом Ванюшиных, естественно именно он стал казначеем части золотого запаса атамана Семенова, доверенного Гавриле, и распоряжался им в интересах его светлости…

Глава XIV.

Баринов проснулся в сумерки. Вернее, разбудили его ласковые губы и руки любимой женщины. Любаша принесла ужин для лейтенанта, и не устояла перед своими желаниями. Желания оказались настолько взаимными, что молодые не стали ждать полуночного часа.

Люба сервировала стол к ужину, когда в дверь постучали. По характерному покашливанию, лейтенант определил, что пришел Степан.

«Открой, Любушка» – попросил Иван. Впустив старшину, Ванюшина откланялась, пожелав приятного аппетита. Командиры же начали свой «совет мудрецов». Тем временем, по быстро темнеющей тайге споро шел отряд охотников. В стороне, параллельно им пробирался Федор, на ходу додумывая слова, которые убедят атамана Григория Семенова, что Буранову можно доверять. Обратный путь в Сидоровку разведчик не планировал ни при каких обстоятельствах.

На краю села, у винокурни, Василий контролировал как, приданные ему казаки, крепят поклажу на лошадей. Делали это быстро, необходимо было до ночи нагнать охотников в тайге. Из-за угла лихо выскочил «виллис» коменданта и застыл у крыльца. Из джипа, неспешно и достойно вышел Григорий Ельцов. Двое вооруженных солдат свирепо разглядывали казаков из «виллиса». Снайпер шел к Ванюшину, разминая могучие плечи.

«Не кстати, ой не кстати» – спокойно оценил ситуацию Василий. Игнорируя взгляды и позы Григория, он всем своим обличьем сообщал тому, мы тоже не лыком шиты, видали всякое. Выполнив мужские ритуальные игры, позы и взгляды соперников, молодые мужчины сблизились для разговора.

«Далеко собрались, уважаемый? Уж не в «Дайрен» ли?» – в лоб спросил сержант, обостряя ситуацию, согласно инструкциям старшины. Но реакцией остался не доволен.

Ванюшин потянулся, зевнул и по-прежнему вопросительно молчал.

Не опытный в допросах и вербовках снайпер заметно стушевался и тут же от этого разозлился, мечтая расстрелять Василия, как мишень в тире.

«Господин Ванюшин, комендант приказал сделать досмотр груза. В случае неповиновения велено задержать Вас и срочно доставить к лейтенанту» – отрезал Гриша, всем своим видом показывая, что ждет выбора Василия.

Ванюшин понимал, что долго время тянуть не дадут. О досмотре поклажи для атамана Семенова и речи не могло быть. Поэтому выбора то как раз у Василия не было.

«Сейчас отдам распоряжения и поедем» – спокойным тоном ответил тот.

Казаки ушли в тайгу без него. По дороге в гостевой дом своей же усадьбы, старший сын Гаврилы пытался просчитать, кто? Кто, не убоявшись гнева сильных мира сего, и знавший ситуацию, слил информацию в уши коменданта. Вывод вырисовывался не радостный, это могла быть только любимая сестренка Любаша.

Василий и раньше сомневался в искренности чувств Баринова к сестре, а сейчас убедил себя окончательно, что сестру тот использовал. При этом, решив для себя все окончательно, Ванюшин был спокоен как никогда.

Петюня проводил брата Любаши в гостиную, где его ждали старшина и лейтенант.

Не таясь, в комнату вошла сестра, принесла угощение Василию – что тоже было частью сценария вербовки брата. Прокопчук посчитал, что это внесет ясность и придаст диалогу большей откровенности.

Слово взял Иван. В присутствии Любы он сделал Василию конкретные предложения и выложил документы на проезд в СССР для него, Агриппины и сына.

Ванюшин думал не долго. Он давно уже понял, что с бегством атамана в Японию, империя Ванюшиных обречена. Без высокого покровительства ее по кускам проглотят китайцы. Тридцать вооруженных, пусть и опытных, бойцов погоды не сделают.

«Да» – коротко обозначил свое согласие Василий и радостная сестра бросилась ему на шею.

Следующая часть переговоров, согласно плану военных, должна была проходить без ее присутствия.

«Любушка, темнеет, тебе домой пора. Ты Евдокии сообщила, что я завтра свататься приду?» – Баринов посмотрел на брата Любы, и тот понял, что о сватовстве сообщили для него.

«Степан», – продолжил лейтенант – «я провожу Любашу, вы без меня обсудите все окончательно». Молодые удалились.

Даже такой тертый калач, как Василий в руках опытного Прокопчука сдал все тайны Семенова на раз – два.

Через час старшина скрытно доставил Ванюшина к нужной тропе в тайге.

Примерно в тоже время окружной дорогой из Сидоровки выехал «Додж». За рулем сидел Егор Ельцов, рядом ехал солдат с автоматом. В грузовом отсеке под брезентом между ящиками ехали брат Егора и Агриппина, прижимавшая к себе спящего сына. Григорий так же нежно прижимал к себе футляры, где покоились именные снайперские винтовки.