Маргинальный бестиарий, или Как тов. Троцкий в гробу крутится (без илл.)

Чем ещё радует нас «Опенлефт»? Переводом статьи Питера Фразе (США) «Воображаемое сообщество» — о том, «что любая политика — это политика идентичности». Матвеев дал этому тексту такую характеристику: «об ограничениях „классизма“»[44]. Что мы находим в статье? «Предшествующие поколения марксистов располагали концепцией коллективного революционного агента — так называемого „рабочего класса“». Все уловили? «Так называемого». Не было, товарищи марксисты, рабочего класса в XIX — начале XX вв., «Положение рабочего класса в Англии» Фридрих Энгельс писал под грибами!

Автор статейки приводит в пример очередные протесты в штате Висконсин в США и предлагает по этому образцу сформировать «широкую идентичность», которая сможет «охватить не только крепких фермеров, но и их беднейших соседей из Милуоки и иммигрантов-хмонгов из западного Висконсина»[45]. Фразе пишет, что «как иронические субъекты постмодерна, мы не можем не столкнуться с искусственностью своих идентичностей». И в Висконсине люди боролись за «идею Висконсина». «Опенлефт» занимается открытой пробуржуазной подрывной работой среди левых, рекламируя намеренный отход от классового анализа и предлагая начать строить «коллективные идентичности», которые боролись бы за свои уникальные интересы: «Борьба за городское развитие, экологическую справедливость, государство благосостояния — в той же степени классовая борьба, как забастовки и другие акции, связанные с трудом». Выходит, что борьба против эксплуатации человека человеком, согласно точке зрения редакции «Опенлефт», больше не является фундаментальной задачей марксистов. Необходимо купить себе дом/квартиру, подружиться с соседями и вместе бороться за хороший водопровод и газоны (это если повезёт жить в хорошем районе), а в гетто нищие пусть и дальше гниют в своей нищете, но с общей идеей. Сколько сил положили многие поколения марксистов, чтобы показать, насколько выгодно правящему классу отрицать классовое содержание политики, и теперь вот Фразе и опенлефтовцы добровольно сдаются в интеллектуальный плен противнику, ещё и смея настаивать на собственной правоте.

Ключевой вопрос, который должен заботить любого настоящего левого: как осуществить социальную революцию? Всё остальное подчинено этой цели. Как рассуждения г-на Фразе способствуют решению этой задачи? Никак. Он пишет: «Подумайте, к примеру, о самом ярком способе выражения региональной идентичности — поддержке местных локальных спортивных команд. Матчи между городами и штатами — это дружеское соревнование, а не примитивная ненависть». Всякому нормальному левому очевидно, что массовый зрелищный спорт — это орудие вражеской пропаганды. Какое к чёрту дружеское соревнование? Спортивные матчи это 1) большие деньги, 2) источник ксенофобии и 3) оболванивание[46]. Для чего профессиональный спорт нужен? Для того, чтобы вытаскивать отдельных угнетённых наверх, создавая иллюзию социальной мобильности и приковывая миллионы оболваненных пропагандой людей к экранам телевизоров. Человек должен быть психически нездоров, чтобы получать искреннее удовольствие от вида 22 потных мужиков (тем более женщин), бегающих по полю за одним-единственным мячом, а тем более — бьющих друг другу морды. Это враждебно социалистической идее, а «Опенлефт» даёт вражеской пропаганде ход. Показательно.