Масоны. Как вольные каменщики сформировали современный мир

Киплинг, возможно, стал империалистом в Индии, но сразу после публикации «Материнской ложи» он обратил свой взор на Южную Африку. Ему казалось, что Британии не хватает территории, которую можно было бы завоевать, и что ее промышленные соперники, в первую очередь Германия, жадно пытались отобрать у нее то, что осталось. Его империализм также подогревался страхом, что все, чем владела королева Виктория, может быть легко потеряно. Он все чаще использовал заклинательный, поэтический голос пророков Ветхого Завета, призывая к патриотическому долгу. Такие стихотворения, как «Последнее песнопение» (Recessional, 1897) и «Бремя белого человека» (The White Man’s Burden, 1899), публиковавшиеся в The Times, казались рифмованными редакционными статьями. Киплинга провозгласили «лавроносцем империи».

Масоны во время Англо-бурской войны (1899–1902) смотрели на свое братство через очки, окрашенные в такой же розовый цвет, каким обозначались кусочки империи на британских картах мира. Как и все в Британии, они почувствовали беспрецедентный всплеск патриотизма, подпитываемого ура-патриотической прессой. Daily Mail, основанная только в 1896 году, к концу конфликта достигла миллиона читателей, став самой продаваемой ежедневной газетой в мире. Хотя масонские журналы печатались куда меньшими тиражами, они внесли свой вклад в медиавоину, что явствует из их освещения двух самых знаменитых собраний ложи того времени.

Блумфонтейн был городом милых одноэтажных домиков с жестяными крышами, за цветниками которых ухаживали африканские слуги. Он, казалось, затерялся в бесконечных волнистых карамельно-коричневых тонах южноафриканского вельда. Тем не менее этот город был столицей Оранжевой республики, которая вместе с братской Республикой Трансвааль вступила осенью 1899 года в Войну за независимость от Британской империи. Итак, 13 марта 1900 года тридцатитысячная колонна британских краснолицых солдат, одетых в потертый хаки и разваливающиеся ботинки, вышла на городскую площадь. Падение Блумфонтейна, похоже, стало началом конца войны.

Лондон торжествовал. Члены обеих палат парламента собрались перед Букингемским дворцом, чтобы исполнить гимн «Боже, храни королеву». Масоны поднимали тосты за триумф британской армии: командовал имперскими войсками в Южной Африке лорд Робертс, брат и мастер ложи, а также ветеран кампаний в Индии, Абиссинии и Афганистане.

Британские войска заняли Блумфонтейн в марте 1900 г. Фельдмаршал Фредерик Робертс (1832–1914), масон, едет верхом на переднем плане

Несколькими неделями позже ложа восходящего светила в Блумфонтейне попытается показать, что братская гармония — превыше распрей, создав свою версию материнской ложи. Двадцать девять членов и сорок семь посетителей собрались в крошечном полуразрушенном масонском храме города. Присутствовали и буры и британцы. Среди посетителей были солдаты со всей империи. Лорд Робертс прислал письмо с извинениями, сказавшись нездоровым, но другие масонские военные чины присутствовали. Среди них был лорд Стэнли, Великий мастер Ланкашира и главный цензор прессы. Самым важным был суровый начальник штаба британских войск в Южной Африке Великий мастер Египта и Судана лорд Китченер. Он стал героем полтора года назад в битве при Омдурмане: его армия уложила тринадцать тысяч дервишей, используя пулеметы Максима и новый вид разворачивающихся пуль «дум-дум», произведенных в пригороде Калькутты.

Мастер ложи Иван Хаарбургер выступил с эмоциональной речью, восхваляя «блестящее проявление raison d’etre масонства», которое помогает «страдающим по всему миру» и обеспечивает точки соприкосновения даже для тех, кто разделен войной. Сидя по правую руку от Мастера, Китченер перешел к самому важному делу собрания, которое заключалось в том, чтобы выразить благодарность за то, что принц Эдуард, который был одновременно наследником престола и Великим мастером Объединенной великой ложи Англии, выжил после покушения: «Его Королевское Высочество сделал для масонства больше, чем кто-либо в мире, и я не сомневаюсь, что он искренне присоединяется к нам, желая, чтобы мир и гармония снова воцарились в Южной Африке». Настроение примирения, царившее в ложе восходящего светила, привлекло внимание прессы как масонской, так и обычной. Поддерживалось представление о том, что Британия была не такой суровой империалисткой, как другие европейские державы, что она больше склонна к окультуриванию, чем к угнетению и эксплуатации.