Memento mori. История человеческих достижений в борьбе с неизбежным

Потребность в жилье удовлетворялась владельцами трущоб, настоящими эксплуататорами, которые размещали семьи в ужасающих условиях. В Ливерпуле в 1800 году 7000 человек жили в подвалах, не предназначенных для жилья, а 9000 в огороженных «дворах» (небольших лачугах, построенных в темных узких дворах) практически без гигиенических условий. Канализационные коллекторы, если такие были, предназначались только для отвода дождевой воды с поверхности, а не для удаления отходов жизнедеятельности человека. Вместо этого они попадали в ведра или выгребные ямы в подвалах, которые опорожняли «ночные ассенизаторы» (обычно женщины), которые везли тележки с человеческими отходами в сельскую местность для продажи в качестве удобрения. Ночные ассенизаторы требовали оплаты, которая не всегда была у обитателей трущоб. Поэтому уборные часто просто выносили во дворы или на улицы, где играли дети. Подвалы, где жили такие семьи, иногда просто тонули в грязных сточных водах.

В 1847 году Уильям Дункан был назначен первым инспектором здравоохранения (санитарным врачом) в Ливерпуле. Власти посчитали, что для удовлетворения потребностей всего города в области здравоохранения будет достаточно единственного медицинского учреждения, к тому же открытого неполный рабочий день. Дункан считал, что все болезни распространяются через грязный воздух. Хотя это убеждение было ошибочным, оно верно подсказало ему, в каком направлении надо действовать для обеспечения санитарии и чистоты, чтобы улучшить здоровье населения. Осмотрев трущобы, Дункан сообщил, что Ливерпуль был самым нездоровым городом в Англии. В так называемых придворьях проживало до 55 000 человек, в среднем более пяти человек на жилище. Иногда в одном четырехкомнатном доме могло проживать пятьдесят или шестьдесят человек. Еще 20 168 человек жили в 6294 подвалах без воды, канализации и свежего воздуха. Канализация всего в четыре мили длиной обслуживала двадцать миль улиц. Он описал один подвал с колодцем для сточных вод глубиной четыре фута, над которым стояла семейная кровать[148].

Сельская жизнь 200 лет назад была тяжелой и часто невероятно бедной, но все же она была намного здоровее, чем жизнь в городе. Хлеб был основным продуктом питания, а мясо было редкостью. Типичным ужином могли быть клецки из муки и воды — и ничего больше. Напротив, богатые питались в основном мясом, особенно говядиной или бараниной. На молочные продукты и зеленые овощи смотрели свысока, а корнеплоды считались крестьянской едой[149]. Поэтому большинство населения катастрофически недоедало. В 1843 году социальный реформатор Эдвин Чедвик сообщил сведения о среднем возрасте смерти в Ливерпуле, Манчестере и сельском графстве Ратленд (таблица 11, с. 133)[150]. Хотя хорошо быть богатым (и это до сих пор так), для здоровья лучше было жить в деревне, чем в промышленном городе. Даже сельскохозяйственные рабочие в Ратленде жили дольше, чем дворяне в Ливерпуле.

Эти данные не означают, конечно, что все рабочие люди доживали только до пятнадцати лет. Скорее шокирующе низкая ожидаемая продолжительность жизни (сопоставимая с охваченным чумой и голодом XIV веком) была вызвана детской смертностью, причем более 20 % детей умирали, не достигнув годовалого возраста.

Люди в первых промышленных городах, конечно, умирали молодыми, но от чего именно? В подавляющем большинстве случаев это были инфекционные заболевания. Основными причинами смерти были туберкулез, скарлатина, пневмония, холера, брюшной тиф, оспа, корь, коклюш, сыпной тиф и родильная горячка. В таблице 12 (см. с. 134) показано число умерших от этих болезней с 1840 года (первый год, когда были зарегистрированы точные данные) по 1910 год. Холера исключена из таблицы, так как она появлялась только во время четырех тяжелых эпидемий и в основном отсутствовала в остальное время. Брюшной тиф и сыпной тиф, имеющие сходные симптомы, не различались до 1869 года.

Таблица 11. Ожидаемая продолжительность жизни в Англии, 1843 г.

Таблица 12. Смертность от инфекционных заболеваний[151]и ожидаемая продолжительность жизни в Англии и Уэльсе, 1840–1910 гг.[152]

Из таблицы 12 следует, что оспа и сыпной тиф были почти ликвидированы к началу ХХ века, а скарлатина и брюшной тиф последовали за ними. Ситуация была даже лучше, чем можно предположить по необработанным цифрам, поскольку за этот период население быстро росло, поэтому смертность на душу населения падала еще быстрее. Это находит отражение в существенном увеличении ожидаемой продолжительности жизни на одиннадцать лет для мужчин и на тринадцать для женщин.

Как англичане смогли преуспеть в борьбе с инфекционными заболеваниями? С такими болезнями, как оспа, сыпной тиф, брюшной тиф и родильная горячка, успешно боролись в XIX веке, хотя и с использованием иных стратегий, нежели сегодня.