Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт

Мысль о гонораре в 10–30 тыс. за бой, где тебе могут сломать лицо, выглядит дико, но бойцам в начале карьеры во всем мире платят немного (если вообще платят[222]), а помимо желания прославиться, парней явно штырило от самого состояния боя. По степени отчаяния, авантюризма и количества психологических травм они напоминали первых героев UFC. «Думаю, большинству бойцов в кулачке просто нравится драться, – считает Бупас. – Не потому, что этим заработаешь или звезд сорвешь, а просто нравится». Регбист уверен, что в Top Dog идут люди, которые только в боях чувствуют себя по-настоящему живыми.

Еще в Top Dog прошел первый в стране кулачный бой девушек. Две Екатерины, Макарова и Головатая, отбились вничью и собрали 1 миллион просмотров. Дрались зрелищно, но массовым явлением женская кулачка не стала. Девушек-бойцов в РФ в принципе немного, а желающих биться на кулаках – еще меньше. Как бы кулачка не переворачивала индустрию, женские поединки и тут повторяли путь женских единоборств в России вообще – оставались на втором плане по сравнению с боями мужчин.

Военно-полевой госпиталь