Мифологические персонажи в системе мировоззрения коми-пермяков

Потусторонний мир в лице демонических персонажей коми-пермяками «изображается» через элементы, символы, образы известного им природного окружения. Мифологический мир не всегда однозначно антагонистичен, противоположен человеческому, часто, напротив, он во многом подобен ему. Мифологические персонажи в своих визуальных, акустических проявлениях и в поведении повторяют наиболее знакомые черты природного мира и человека (например, их зооморфные ипостаси – медведь, щука; одежда, пищевые предпочтения и т. п.).

Мифологические явления сами по себе считаются символами опасности или сакральности отдельных периодов, локусов, знаками нарушения социальных норм. Кроме этого, символичными оказываются и отдельные действия демонических персонажей. Эти верования связаны с их функцией предсказания, прогнозирования. Знаки могут быть выражены духами посредством аудильных, визуальных проявлений, через воздействие на животных. Все они определены общепринятой в народной культуре семантикой предметов и явлений: красное – огонь, лавка – смерть, стук топора – смерть, звон колоколец – свадьба и т. п. Среди всех персонажей выделяются такие, в характеристиках и образах которых коми-пермяки находят больше всего символов-пророчеств. К ним, конечно, относятся святочные духи, но их прорицание часто инициируется самими людьми во время гаданий. Другими образами, насыщенными знаково-символическим содержанием, можно считать духа домашнего очага суседко, реже – лесного, в исключительных случаях – водяного духа. Особая роль суседко и вöрись – ‘лесного’ объясняется, вероятно, наибольшим приближением первого из них к человеку и представлением о всесильности второго. Возможно, воззрения о пророческих способностях духов имеют отношение к их генезису, а именно к культу предков.

Сравнивая современные и более ранние представления, сложно обнаружить особую разницу в описаниях персонажей. За последние годы зафиксировано бо́льшее число вариантов поверий по сравнению с данными середины XIX – начала XX в., что может быть следствием исторического развития мифологической мысли или всего-навсего связано с целенаправленной и широкой по географическому охвату работой по сбору материала. Одновременно наблюдается тенденция становления однообразного облика персонажей, сведение их к известным книжным и масс-медийным типам. Например, внешний вид ваись сводится к образу длинноволосой девушки, часто облик мифологических персонажей в современных рассказах приобретает черты белого призрака, сохраняя в некоторых случаях дифференцирующие признаки – рост, поведение. Новые реалии жизни обусловили некоторую модификацию возможностей духов: если раньше вöрись останавливал лошадей, то теперь – механические транспортные средства; прежде он превращался в ветер, теперь летает на самолете. Хотелось бы особо отметить изменение статуса тöдiсь. В настоящее время вера в тöдiсь – колдунов достаточно сильна в народе, тогда как основная функциональная необходимость их в обществе отпала. Если в начале XX в. тöдiсь характеризовался как носитель знаний, исполнитель магической и обрядовой практики, то в настоящее время в большей степени тöдiсь воспринимается как творец зла, насылающий порчу на человека, семью, хозяйство. Одной из причин преобладания негативного портрета знахаря является утрата значимости прежних ритуалов. Другая причина – сложная социально-экономическая ситуация, которая способствует сохранению поверий и влияет на интерпретацию их в негативном ключе.

Образы мифологических персонажей коми-пермяков имеют много общего с представлениями других финно-угорских, славянских и тюркских народов России. Более всего параллелей, на наш взгляд, присутствует в представлениях коми-зырян, северных удмуртов и русского населения северной полосы. Это объясняется общими природно-климатическими условиями и давними исторически сложившимися контактами.