Мифотворчество невежд

Это произошло часов в восемь вечера 5 октября 1988 г. Страна словно оцепенела. Все наблюдатели и иностранные журналисты сбились с ног, пытаясь выяснить причину прекращения до этого регулярных сообщений ЦИК об идущем подсчете голосов, все сильнее сдвигавшего чашу весов в пользу противников диктатора. Журналисты даже пошли на беспрецедентный шаг: составили петицию к властям и вышли на демонстрацию протеста, требуя гласности и ясности в том, что же происходит. И пока карабинеры мордовали нашу манифестацию, били нас дубинками, поливали из водометов и душили газами, во дворце «Ла Монеда» шло заседание Совета национальной безопасности, где обсуждалось это чудовищное предложение Пиночета. И только решительная позиция остальных членов хунты, выступивших против такого «выхода из положения», их предложение смириться и признать результат волеизъявление народа остановило новую волну террора, которая неизбежно обрушилась бы на эту многострадальную страну. Пиночет сдался. Вот вам и цена кликушества нашей либеральной тусовки, превозносящей диктатора за его «демократические убеждения». Он буквально когтями цеплялся за свой режим, и, не натолкнись на сопротивление своих же коллег по хунте, ни на минуту не остановился бы перед возможностью снова повернуть колесо истории вспять, вновь залить кровью и без того истерзанную страну.

Вот бы и нам такого…

И, наконец, последний вопрос, активно мусолившийся в наших славных СМИ: «Нужен ли России свой Пиночет?». В принципе на этот вопрос я ответил. Ответил и Генрих Боровик: «Они (наши сторонники Пиночета. — А.К.) не могут представить, как в Сантьяго текла река, красная от крови убитых. Забыли, как раздробили кисти рук чилийскому певцу Виктору Хара, как практически был убит этим переворотом великий поэт Пабло Неруда». Я мог бы добавить еще десятки имен, известных и не очень, пополнивших мартиролог жертв диктатуры: инженеры, поэты, композиторы, писатели, художники, музыканты, журналисты, военные…

Кого же еще опрашивали у нас на эту животрепещущую тему? Снова политиков, политологов, даже артистов. Мнение последних особенно «авторитетно», эти вообще не смыслят, о чем идет речь, и не в курсе того, что происходило в этой стране. А вот Ирина Хакамада, например, заявила в «Комсомолке»: «нам нужен Пиночет экономический» и мотивировала свои взгляды все той же сказочкой о том, что «он уничтожал любую коррупцию, и власть при Пиночете жила скромно». И это говорится после того, как весь мир уже знает про его спрятанные за рубежом миллионы! «Ваши люди просто сошли с ума, — сказала мне испанская журналистка, шокированная всей этой вакханалией. — В Европе о нем мнение однозначное: преступник!» Что же касается «скромности властей», то это вообще полная чушь. Посмотрела бы наша «демократка», как жили властители этой страны — от госчиновников до членов хунты. По сравнению с их хоромами наша Рублевка — это в лучшем случае та же пиночетовская «кровать с унитазом», не более того. Да, кого-то хватали за руку и там, даже устраивали показательные процессы. Все это до боли знакомо, ведь и у нас тоже изредка случаются суды над коррупционерами.

О мнении М.Леонтьева на эту тему я уже рассказал. Добавлю только, что с трудом да с ошибками выговоренные им в программе «Однако» два испанских слова «misión cumplida» (»миссия выполнена») как апофеоз правления Пиночета действительно были выгравированы на медали, выпущенной в Чили. Но отчеканили ее по приказу самогу диктатора, и она была не чем иным, как жестом самовосхваления. И действительно, сам себя не похвалишь… Политолог же, прямо тает от умиления: вот бы и нам такую власть с такой же медалью!

Пиночета ожидал суд, на котором ему наверняка был бы вынесен один из самых жестких приговоров за все зверства, учиненные в годы его диктатуры, а заодно и за казнокрадство. Страна и, как говорят в таких случаях, «все прогрессивное человечество» ждали именно такого вердикта. Потому что для всех здравомыслящих людей он — преступник «номер один». Для всех, кроме наших либеральных демократов да горе-реформаторов, которые, восхваляя Пиночета, пытаются тем самым оправдать все безобразия, устроенные ими в своей стране, в России.

Сбылось предсказание гадалки, много лет назад напророчившей ему «тихую смерть в своей постели». И не так уж важно, что эта постель оказалась больничной койкой. Тихо уйдя из жизни, Пиночет избежал скамьи подсудимых. Как сказал уругвайский писатель Марио Бенедетти, «смерть обогнала правосудие». Но чилийский народ и история успели вынести ему свой приговор, и обжалованию он не подлежит: «Виновен!».