Михаил Иванович Калинин – президент Страны Советов

Если в 4-й Дом Советов войти с Воздвиженки, подняться на второй этаж, повернуть налево и дойти до самого конца коридора, то через приемную секретаря открывались две двери: в кабинет М. И. Калинина и его заместителя П. Г. Смидовича. Кабинет в Приемной М. И. Калинина был обставлен мебелью черного дерева и черной кожи. Был очень строгий и стильный. Площадью метров 40–50, немного продолговатый. Два окна смотрели на Манежную площадь и Троицкие ворота. Слева от двери стоял диван с полукружной спинкой; второй диван с очень высокой спинкой и с двумя боковыми узкими шкафчиками стоял в самом конце комнаты. Между диванами стоял большой письменный стол с двумя тумбами. С правой стороны примыкал небольшой столик с телефоном. Перед столом полукруглое жесткое кресло, а по другую сторону — два больших глубоких мягких кресла. Направо от входа, между окнами, стоял небольшой круглый стол. На нем размешались альбомы, книги, географические карты. По бокам его стояли два полукруглых мягких кресла. Между окнами висел большой портрет Ленина. Наискосок находился книжный шкаф с трехстворчатыми стеклянными дверями, за которыми красовались фарфоровые шахматы красного и черного цвета — подарок. Между шкафом два стула. А на стене висела картина «Шахтеры» художника Касаткина. На столе — прибор хрустальный с надписью: «Всероссийскому старосте Михаилу Калинину от Гусевской организации РКП(б). На память о 25-летнем юбилее». Слева — электрическая лампа с зеленым абажуром. В глубине комнаты был камин из белых изразцовых плиток.

В условный день Михаил Калинин покидал свой рабочий кабинет в Кремле и пешком, через Троицкие ворота, выходил на Манежную площадь, держа в одной руке черный портфель, в другой — палку. Входил в служебный вход на Воздвиженке и быстро поднимался на второй этаж. Положив в своем кабинете портфель и повесив пальто, шел в рабочие комнаты, чтобы поздороваться со всеми сотрудниками, перекинуться вопросами, послушать ответы и пожелания. Вернувшись в кабинет, Калинин обычно садился к столу. Некоторое время он молча сидел, собираясь с мыслями. Потом выходил и спускался на первый этаж в общий зал Приемной, где вдоль стен стояли длинные широкие скамейки, а посреди зала стояли столы с бумагой, чернилами и ручками. Зал заполнен был посетителями, в течение дня которых было по 100 и более человек со всех концов страны. Михаил Иванович здоровался со всеми, проходил на середину, вставал у деревянного барьерчика и спрашивал у первого в очереди:

— Какое у вас дело?

Если видел, что человек волнуется, говорил спокойно:

— Волноваться не надо. Говорите просто, на что жалуетесь, чего просите.

Брал заявление, быстро прочитывал, задавал несколько уточняющих вопросов. Установив суть просьбы, осторожно выяснял, с кем имеет дело. Чаще всего ему легко удавалось установить контакт с посетителем и быстро найти верное решение. Если считал необходимым и мог помочь, то в левом углу писал: «Удовлетворить». С более серьезными делами, которые нельзя решить с ходу, направлял заявителя к своему заместителю П. Г. Смидовичу. Ну, а если решал отказать, то так и писал на заявлении: «Отказать», обязательно объясняя причину.

Приведем пример… Однажды в приемную пришли ходоки из колхоза «Красное знамя» Московской области. Пришли с просьбой прибавить им за счет земель соседнего колхоза «Золотой колос» 14 гектаров пашни и 2,5 гектара сада. Михаил Иванович ответил ходокам:

«Ваше ходатайство я не могу удовлетворить, потому что колхоз „Золотой колос“ владеет землей и садом, на которые вы претендуете, уже несколько лет, и они переданы ему по акту на вечное пользование. Оба колхоза, и ваш, и „Золотой колос“, как видно, очень малочисленны. В интересах колхозного дела их следовало бы объединить, но, конечно, при соблюдении полной добровольности. Этим самым был бы положен конец вашим земельным спорам. Советую вам в этом направлении и вести свою работу».

Но отказывал Калинин редко и осторожно. Он знал по опыту, что к нему обращаются, как правило, в тех случаях, когда безуспешно обошли различные кабинеты, но по-прежнему не добились «правды».

Почти каждый месяц проводились т. н. общие приемы посетителей, когда их встречали и выслушивали не только сотрудники Приемной и М. И. Калинин, но и представители центральных органов власти и управления, члены ВЦИК и ЦИК СССР, правительств РСФСР и СССР.