Ну как? Стал ли ваш путь из точки «А» в точку «Я» понятнее? Приблизилась ли ваша цель – научиться выстраивать долгосрочные доверительные отношения с подписчиками и потенциальными покупателями через инструмент, от которого зависит 80 % успеха при продвижении в соцсетях? Видите ли вы на этой дорожной карте себя, смело переходящего от уровня к уровню навстречу цели? Готовы ли пройти этот путь вместе со мной и со всеми, кто так же, как и вы, сейчас держит эту книгу в руках?
Ну все, глубоко вдохните, выдохните… «Медиафитнес» начинается!
Я стою в огромной телевизионной студии главного телеканала Республики Башкортостан, прожекторы светят мне в прямо лицо так, что понять, где находится камера, можно только по красной лампочке – она установлена над объективом.
Камера большая, но я нахожусь от нее в десятке метров, и даже если буду просто смотреть в сторону красной лампочки, то у зрителя возникнет ощущение, что я смотрю ему в глаза. На втором предложении текста, который нужно произнести, я должен переключиться на другую камеру, едущую по рельсам справа от меня. А последнее предложение нужно произнести на третью камеру, установленную на кране, когда та будет подниматься вверх.
В студии тишина. По ту сторону камеры – режиссер, ассистент режиссера, редактор, стилист, гости студии, программный директор, звукорежиссер и команда из четырех операторов. Я не просто слышу стук своего сердца – мне кажется, что оно бьется в горле и отдает в мозг.
Слышу команду режиссера вполголоса: «Вторая пошла…» (значит, началась запись и камера № 2 на рельсах начала движение), затем уже в голос: «Запись!» И тут я понимаю, что в голове пусто… Ноль. Ни мысли, ни фразы, ни предложения, просто пустота.
Это были съемки дебютного эфира молодежной программы «Вечер.com», который длился 40 минут, но мы снимали его восемь часов. Меня бы уволили, наверное, в тот же день, если бы я не сделал то, что сделал. Но об этом в конце главы.
2009 год. Уфа. Телецентр. Башкирское спутниковое телевидение
То, что произошло со мной, – происходит с 95 % людей. Это называется «пейрофобия» – страх публичности во всех ее проявлениях: выступление перед залом, выступление в онлайне, боязнь камеры, прямых эфиров, сторис и даже просто произнесения тоста на дне рождения близкого человека в узком кругу друзей. До первого съемочного дня в телестудии я был уверен, что давно избавился от подобных страхов. Но после команды «Запись!», мне кажется, я даже имени бы своего не вспомнил.
Согласно исследованиям, страх публичности стоит на втором месте после страха смерти. Ведь что значит публичное выступление? Это значит выделиться из массы людей, оказаться в центре внимания и заявить о себе, неважно, в каком формате и при каких обстоятельствах.
Как я уже писал, у меня нет психологического образования, но психологи приходят ко мне на обучение, чтобы раскрыть себя и стать увереннее. Интересно получается, правда? Давайте разберемся в природе страха публичности. Объясню на пальцах, точнее на ножках.
Мне нравится сравнивать пейрофобию с табуреткой. У нее есть четыре ножки – деструктивные чувства, на которых держится наш страх публичности:
1. жалость к самому себе;
2. обида на кого-либо;
3. страх неудачи;
4. чувство стыда.
И, копаясь в прошлом моих учеников, имеющих явный страх перед камерой, мы в 90 % случаев находим ситуации, которые подтверждают мою теорию.
В школе я был одним из самых зажатых парней. Мне было сложно находить общий язык с незнакомыми людьми, я стеснялся выражать чувства и эмоции. Типичный мальчик из интеллигентной семьи 90-х. Моя старшая сестра Карина была отличницей, нужно было соответствовать статусу и хотя бы не носить домой тройки.
Каждое утро я просыпался и бежал к окну (школа была напротив дома), надеясь увидеть, что свет в спортзале и столовой не горит. Значит, школа закрыта на карантин или занятия отменили из-за сильных морозов. Настолько я не любил школу и связанное с ней общение.
Летом я всегда ждал дождя, а лучше ливня, чтобы все играющие во дворе дети разбежались и сидели по домам, как и я. Я с радостью ехал с родителями на дачу, когда мои сверстники делали все, чтобы остаться дома. Мне было невыносимо видеть всю эту «движуху» во дворе, к которой я не смел присоединиться. Уж лучше полоть грядки.