Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы

На страницах «Иллюстрированного журнала атлетики и спорта» в 1905 г. появилась заметка с характерным названием – «Ученые спортсмены». «Ректор Императорского С.-Петербургского университета Александр Маркелович Жданов в прежнее время был страстным лыжником, – говорилось в публикации. – Теперь он заботится о расширении и увеличении программы курсов атлетики при университете – завел фехтование, городки, аппаратную и партерную гимнастику, устроил душ. Когда, Бог даст, намеченная широкая программа курсов осуществится, А. М., пожалуй, сам пойдет со студентами на лыжах. Vivat!»

Иван Петрович Павлов среди участников игры в городки. Фотография 1910-х гг.

Еще одним примером «ученого спортсмена» представлен профессор Императорской Военно-медицинской академии Генрих Иванович Турнер. Он являлся инициатором введения спортивных занятий в академии. «Завел лыжи, гимнастику, каток, фехтование, лаун-теннис и т. д. Несмотря на свою английскую фамилию, Г. И. пропагандирует особенно чисто русские спорты и игры – городки, лапту и т. д. Vivat!»

Увлечение спортом в начале прошлого века охватило многих литераторов и даже государственных деятелей. Немало знаменитых современников оказались замеченными в пристрастии к спорту вообще и к отдельным спортивным занятиям, в частности. Недаром журнал «Русский спорт» замечал в 1909 г.: «спорт как возможность упражнения тела должен быть совершенно нормальным явлением в жизни отдельных лиц и целого общества».

Не чужд был спортивным занятиям известный политик В.А. Маклаков – депутат Государственной думы дореволюционной России 3-го и 4-го созывов (с 1907 по 1917 г.). Он являлся известным московским адвокатом и одним из лидеров кадетской партии, после Февральской революции стал полномочным представителем Временного правительства в Париже. Как заявлял Маклаков в интервью журналу «Русский спорт», он признавал спорт как «необходимое физическое занятие, дающее отдых мозгу и развивающее мускулатуру и энергию человека». «Я теперь почти не занимаюсь спортом, – посетовал Маклаков в пору своего первого депутатства, – нет времени. Но еще не так давно я отдавал ему часы своего досуга».

Маклаков обожал охоту и не только летом любил побродить с ружьем, но и зимой в свободное время занимался псовой охотой. Он также ездил верхом – ему очень нравился этот вид спорта. Что касается атлетики, то, как отмечал сам Маклаков, он «признавал ее, но лично мало ею интересовался».В молодости Маклаков увлекался конькобежным спортом и считался подающим надежды конькобежцем, не раз участвовал в гонках. «Следы от увлечения конькобежным спортом остались у меня на всю жизнь, – говорил он, – однажды, делая какую-то замысловатую фигуру, я так упал, что сломал себе ногу».

Скандал вокруг «Рыбной ловли»

Среди увлечений Льва Толстого, кроме велосипеда, была рыбная ловля. Впрочем, безобидное занятие великого писателя однажды стало источником скандала, получившего широкую огласку. Произошло это в марте 1903 г., когда журналист Любош публично измазал на выставке Общества петербургских художников, развернутой в залах «Пассажа» на Невском, не понравившееся ему полотно. Это была вызывавшая на выставке всеобщий ажиотаж картина «Рыбная ловля», изображавшая Льва Толстого. Принадлежала она кисти известного в ту пору, а сегодня почти забытого художника Наркиза Николаевича Бунина (1856-1912). Писал он в основном батальные картины, которые можно увидеть сегодня в Артиллерийском и Военно-морском музеях.

«Бунин, потеряв надежду выдвинуться на выставках своими видами „сенокосов”, пустился писать „сенсационные картины”, – писал критик. – Первый его опыт „Рыбная ловля” оказался неудачным, и, вероятно, автор откажется от повторения подобных мотивов, безусловно, не подходящих для серьезного художника».

Петербургский градоначальник генерал-майор Д.В. Драчевский с супругой. 1908 г.

Фотограф Карл Булла

Именно эта картина Бунина и вызвала настоящий скандал на выставке в «Пассаже». Она изображала Льва Толстого и Илью Репина за рыбной ловлей, причем оба были с голыми ногами, а из одежды на них фигурировали одни лишь рубахи. Сын Льва Толстого, граф Л.Л. Толстой, посетив выставку, так разгневался, что немедленно послал отцу телеграмму, прося его совета, что сделать, чтобы картину немедленно убрали с выставки. Однако сам Бунин утверждал, что сходство рыбаков с известными персонажами – просто случайность.

Тем не менее возмущение публики нарастало и, наконец, достигло предела. 2 марта на выставке разразился скандал.