– Ах… Вот как…
– Тогда о чем ты мечтаешь, Ён Хён?
– Это… это… а… хм…
– Можешь не рассказывать. Иметь мечту в некотором роде роскошь. Когда мы были детьми, мы мечтали…
– Быть богатым.
– О боже мой. Правда?
– Да. Быть успешным, богатым, зарабатывать много денег – вот моя мечта. А ты, Чжин-а?
– То же самое. Я мечтаю зарабатывать много денег и быть богатой.
– Забавно, что у нас совпадают мечты.
– Кстати, ты понимаешь, что я никому раньше не говорила об этом, потому что боялась, что меня осудят?
– Ты права, я тоже никогда не говорил этого раньше, но один человек, которым я восхищаюсь, сказал мне, что намерения и эмоции о честном зарабатывании денег – это хорошо. С тех пор я стал более открыто говорить о своих мечтах.
– Ух ты, оказывается, у нас все-таки есть что-то общее?
Ён Хён наконец немного успокоился и улыбнулся.
– Похоже, да. Итак, Чжин-а, ты довольна тем, чем занимаешься сейчас?
– Да. Конечно, сейчас я просто местный парикмахер в маленьком помещении площадью пять пхён, и там даже нет персонала, но я собираюсь превратить его во франшизу. Я хочу создать бренд, как Park Seung Cheol Hair или Juno Hair, или даже более модный и изысканный, чем у них, но, конечно, это слишком недостижимая мечта.
Девушка неловко опустила глаза.
– Ты можешь это сделать.
– Что?
– Ты сможешь, Чжин-а.
– Обычно, когда я говорю такие вещи, все говорят, что я сумасшедшая, но ты первый, кто сказал мне, что я могу это сделать.
У него было хорошее предчувствие насчет этой девушки.
«Первая встреча или нет, я заплачу за всю еду и кофе», – подумал Ён Хён.
«Мне нравится этот парень. Я бы хотела заплатить, но это заденет его гордость, поэтому я договорюсь с ним о встрече, чтобы заплатить за кофе и купить еду в следующий раз».
Они зашли в Starbucks, заняли место у окна. Низкий круглый столик между двумя мягкими диванами заполнял расстояние между ними – не слишком далеко, не слишком близко.
Поход в Starbucks напомнил Ён Хёну о том времени, когда они приходили сюда с Кван Су.
– Чжин-а, что думаешь о Starbucks?
– Рядом с моей парикмахерской есть очень большой ресторан, где подают только курицу и свинину с рисом. Владелец здания – мой клиент, и он сказал, что сдал помещение под Starbucks в другом здании и получил прибыль, чтобы купить здание на Каннаме. Тогда я поняла, что люди, которые пьют кофе в Starbucks, небогаты, но люди, которые получают арендную плату за него, – очень даже. Поэтому я думаю, что… Starbucks – хорошая вещь, которая может сделать меня богатой.
Ей досталась яркая внешность, но гораздо больше подкупали хорошие манеры и развитое экономическое чутье.
«Неужели, я нашел что-то стоящее… Она должна стать моей девушкой», – думал Ён Хён.
Раздался протяжный жужжащий звук. Телефон.
Кван Хён.
– Привет, мачо. Разве кто-то не говорил, что будет сегодня более экономным?
– Что случилось, говори быстрее.
– Я нашел патент, и они действительно сделали что-то похожее на наш продукт. Они не смогли до конца собрать модель, не смогли установить, не смогли продать – они просто подали заявку на патент. Но это большая компания, так что мы серьезно влипли. Для них не проблема продолжать продавать и копировать наш продукт.
– Ужас какой-то.
– Верно. Но дата регистрации патента – это день после того, как Лена приехала в Корею и показала нам образцы.
– Что?
– Я думаю, кто-то из их компании увидел наш продукт в тот день и сразу же зарегистрировал патент.
– Неужели… тот, с солнцезащитными очками?
– Думаю, да. Он тыкал и тыкал, рассматривал со всех сторон…
– Какой-то абсурд. Ладно, давай поговорим позже.
– Хорошо. Просто сосредоточься на человеке перед тобой и, когда пойдешь в туалет, убедись, что у тебя в зубах не застрял красный перец.
– Ты опять несешь чушь. Пока.
Выражение лица Ён Хёна стало серьезным.
– Что случилось?
Он кратко объяснил, что произошло недавно.
– У меня есть друг – юрист и патентный поверенный, могу познакомить тебя с ним. Он прямолинейный, жесткий и методичный, никогда не проигрывал судебных процессов, и он мой самый влиятельный и богатый школьный друг.
Через несколько дней после свидания вслепую у Ён Хёна завязались первые отношения. Благодаря школьному другу его девушки 13 месяцев судебного процесса закончились вердиктом в пользу Yellow Broccoli.
Однако во время разбирательства компания была вынуждена сидеть с большими запасами товара из-за запрета на производство, а Cobela вела свою игру в СМИ, чтобы распространить среди общественности аморальный образ Yellow Broccoli. По итогу они потеряли доверие своих клиентов, которое ценилось гораздо больше денег и времени.
– Кван Хён, как гласит старая поговорка, приобретая – теряем.
– По крайней мере, у тебя появилась девушка, а вот я действительно в минусе…
– Прости меня…
Кван Хён и Ён Хён были подавлены, но все же считали, что это тоже часть роста.
Кван Хён и Ён Хён были злы, но все же понимали, что это один шаг назад, чтобы потом сделать два шага вперед.
Кван Хён и Ён Хён были возмущены, но все же понимали, что в этом кризисе есть как опасность, так и новая возможность.