Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

Домой я возвращаюсь после полуночи. В нашей спальне горит свет. Войдя в комнату, я застаю Стю за просмотром телевизора.

– Привет, малышка, – говорит он, ставя шоу на паузу. – Как прошло свидание?

– Неплохо, – отвечаю я. Меня охватывает чувство вины, когда я вспоминаю, что была в кино. Но я не хочу начинать разговор с признания. – С кем ты встречался сегодня?

Учитывая то, что машину взяла я и Стюарт не смог поехать к Киви, значит, он встречался на Манхэттене с кем-то другим.

– С Карой, – отвечает он.

– Она психолог? – спрашиваю я.

– Не-а. Актриса, – отвечает Стю и корчит гримасу недовольства. – Никогда не встречайся с актрисой.

– Заметано, – смеясь, обещаю я. – Ну, по крайней мере, ты хорошо провел время?

– Ага, – отвечает он со вздохом. – Но я совершил ошибку, сказав Киви, куда иду.

– И дай угадаю. Она приревновала?

Об этой драматической линии между ними двумя я уже знаю. Киви смирилась с тем, что у ее мужа есть отношения с другими женщинами помимо нее. И она признает мое главенство, поскольку я жена Стюарта. Но тот факт, что Стю продолжает встречаться с другими женщинами, выводит ее из себя. Я понимаю ее чувства и говорила об этом Стюарту. Если бы Скотт хотел встречаться с другими женщинами, я бы, скорее всего, тоже была недовольна. Мне нравится это ощущение моей неотразимости и некой загадочности для него. Но в то же время я чувствую невероятное облегчение оттого, что Стюарт не поддается ревности Киви. В конце концов, он никогда не капитулировал перед моей. Для него именно наличие разнообразных партнерш – единственное преимущество открытого брака.

– В яблочко, – с досадой отзывается он. – Она говорит, что хочет знать, встречаюсь ли я с кем-то еще, но, когда я говорю ей правду, выходит из себя.

– Ох уж эти женщины, – коротко отвечаю я, качая головой в притворном недовольстве. Стю заливается звонким смехом. Его достаточно сложно рассмешить, поэтому, одержав эту маленькую победу, я ликую. Как бы мне ни хотелось портить этот момент, но признаться все равно нужно. Я рассказываю ему о том, что мы сходили в кино.

– Ты сердишься?

Стюарт неоднозначно пожимает плечами.

– Ну мне это определенно не понравилось. Как бы ты себя чувствовала, если на фильм, который мы хотели посмотреть вместе, я пошел бы с Киви?

Меня поражает его спокойствие. Неужели мы действительно собираемся избежать ссоры?

– Я бы чувствовала себя отвратно. Прости, родной.

– Все в порядке, – легко отвечает муж. – Но если только ты посмотришь его еще раз со мной. И, к счастью для тебя, Киви ненавидит кино.

– Ненавидит? А так вообще бывает?

– Я тоже не понимаю этого. Но она предпочитает читать.

– Скотт любит кино, но он не умеет анализировать фильмы после просмотра. Так что я с тобой абсолютно честна, когда говорю, что с огромным удовольствием посмотрю этот фильм еще раз с тобой. Там есть столько всего, что нам нужно будет многое обсудить.

– Тогда вот твое наказание, – улыбаясь, заявляет Стю. – Ты об этом не можешь даже заикнуться, пока мы не посмотрим его вместе.

– А ты жестокий, – говорю я, сворачиваясь калачиком на кровати рядом с супругом.

– Я знаю, – отвечает он и целует меня в макушку.

* * *

Пару месяцев спустя, одним теплым апрельским днем, я еду в метро на сессию с Митчеллом и слушаю «Микс для Молли #4», отобранный Скоттом. В нем двадцать песен, и они играют по порядку. Когда я удобно устраиваюсь на диване и Митчелл спрашивает меня, как идут дела, я начинаю свой рассказ с плейлистов. Я делюсь с ним тем, какие чувства во мне пробуждает эта музыка.

Он задумчиво смотрит в потолок.

– Я вот задаюсь вопросом, а эти изменения в тебе – они какие? Как бы ты их охарактеризовала? Может, это часть личности Настоящей Молли?

– Я тоже об этом думала, – признаюсь я. – Это как бокс. Или игра на гитаре. Те новые вещи, которые я открываю для себя, но чувствую, что они правильные. И все это немного… ну я не знаю… круто.

Он улыбается мне.

– Отличница-Молли далека от крутости.

– Определенно, – смеюсь я.

– Знаешь, Молли, твои слова снова напоминают мне о списке Свобод, что ты составляла.

Митчелл начинает листать блокнот, ища нужную страницу. Я киваю:

– Я давно не думала о том списке. Может быть, это потому, что я чувствую себя намного свободнее.

– Расскажи мне об этом поподробнее, – просит Митчелл, бросая поиски списка и делая пометки в блокнот.

– Во многом это связано с тем, что дети становятся старше. Дэниелу уже пятнадцать, а Нейту двенадцать.

– Даже не верится.

– Объясни мне. Значит ли это, что у меня появилось достаточно времени, чтобы заниматься своими делами? Порой мне кажется, что дети выглядят немного разочарованными в те вечера, когда я остаюсь дома.

– Знаешь, что я замечаю во всем этом, Молли? – спрашивает Митчелл. Я жду, пока он закончит записывать. – Вместо того чтобы зацикливаться на своих отношениях или на отношениях Стюарта, ты сосредоточилась на себе. И это серьезные изменения.

Я пытаюсь взглянуть на себя с точки зрения Митчелла. Он видит, что мне есть что сказать, и молчит, его ручка зависла над страницей.