Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

– Ага.

– И ты заранее знала о ее открытых взглядах. Она ведь провела вечер в компании близкой подруги?

– Ага, – снова соглашаюсь я. – И это тоже немного странно. Ее подруга – кажется, ее зовут Ребекка – помолвлена. С мужчиной. И Карл сказал мне, что Мартина – первая женщина, с кем Ребекка была по-настоящему откровенна. Он сказал, что Мартине нравится общаться с «девочками старой закалки».

Стю смеется:

– Ну, должно быть, они не такие уж и консервативные, если настолько тесно общались.

– Именно, – говорю я. – И тебе не кажется это странным?

– Вовсе нет, – сразу отвечает Стю. – Конечно, я могу судить только как мужчина, но вот что я тебе скажу. Это довольно популярная мужская фантазия – превратить женщину, предпочитающую общество других женщин, в любительницу настоящих мужчин. Может, ей нравится то же самое, но в обратном направлении. Это сугубо ее пристрастие.

– Возможно, – задумчиво отзываюсь я, все еще борясь с сомнениями, которые пока не могу объяснить.

– Посмотри на это с другой стороны, – говорит муж, продолжая массировать мои ступни. – Ты только представь, как много мы узнаём о других людях. Как будто у нас есть такое особенное окно в интимную жизнь людей, которых мы могли бы никогда не встретить. На мой взгляд, это очень круто.

– Просто это в целом странно, что я уже так много знаю о Мартине. И что, вероятно, она много всего знает обо мне.

– Киви тоже уже считает тебя потрясающей. Но это потому, что я рассказываю ей только хорошее, – говорит Стю и с улыбкой подмигивает мне.

– Киви?

– Женщина, с которой я встречался сегодня вечером. Та, что из Нью-Джерси, у которой открытый брак. Она родом из Новой Зеландии. Я придумал это прозвище для нее.

У меня в животе завязывается тугой узел. Прозвище? У Стюарта есть миллион прозвищ для меня: когда я теряюсь на местности, он называет меня именем мореплавателя Васко да Гама. Когда я получаю штраф за превышение скорости – я становлюсь известным американским гонщиком итальянского происхождения Марио Андретти. И, конечно, не будем забывать о его излюбленном Чемоданчике. Но прозвище для другой женщины? Да еще и произнесенное с невыносимо милым акцентом? Я пытаюсь задвинуть свою ревность на второй план и переключиться на ту часть информации, которая должна меня порадовать.

– И что ты рассказал ей обо мне?

– Что ты красивая. И забавная. Что ты замечательная мать, и жена, и друг, и дочь.

Дочь. Волна вины захлестнула меня с головой.

– Боже мой! – воскликнула я. – Не могу поверить, что забыла тебе рассказать! Сегодня я говорила с мамой. Она нашла нового врача, который, возможно, сможет ей помочь!

* * *

Лежа той ночью в объятиях мужа, я чувствую себя так, будто по неосторожности проглотила и амфетамин, и барбитурат. Пока все прекрасно. Я чувствую нашу крепкую связь со Стюартом. И хотя в какие-то моменты ревность по-прежнему остается моим верным спутником, я начинаю замечать, что это чувство порой необоснованно. Даже если у Стю и есть милое прозвище для его новой девушки (стоит ли мне вообще использовать слово на букву «д»?), но он также рассказывает ей обо мне и о том, как сильно он меня любит. А у нее есть муж и дети. То есть никакой угрозы здесь и в помине нет. А еще есть Карл. Я нашла милого, внимательного и явно увлеченного мной мужчину, у которого тоже есть свои стабильные отношения. Они ведь давно вместе. Кроме того, мои дети становятся все более самостоятельными. Мальчики начинают оставаться дома одни и наслаждаются этим. И как вишенка на торте: у моей мамы впервые за долгие годы наконец появилась надежда на улучшение своего здоровья. Так почему же я так переживаю? Почему я не могу убедить себя, что все хорошо? Я крепче сжимаю руку Стюарта и, закрыв глаза, проваливаюсь в сон.

* * *

На следующий день я решаю дать себе передышку и захожу на сайт OkCupid в поисках чего-то легкого. Быстрая интрижка сможет излечить меня от растущей привязанности к Карлу, отвлечь от навязчивых мыслей о свиданиях Стюарта и здоровье матери. Мне просто нужна капелька легкомысленного веселья.

Я останавливаю свой выбор на парне, с которым встречалась один раз (просто пропустить по стаканчику) и который тоже состоит в открытых отношениях. Помимо того, что Джей симпатичный и в целом милый парень, он поможет мне установить личный рекорд. Джей на четырнадцать лет моложе меня. Я пытаюсь убедить себя, что это не попытка посоревноваться со Стюартом. В разговоре он обмолвился, что Киви моложе его на тринадцать лет (а значит, она на восемь лет моложе меня). Однако все уравновешивает то, что она замужем и родила троих детей, не говоря уже о том, что они пытаются устроить свою жизнь в новой стране. По крайней мере, так утверждает Стю.