Морская война

Эти атаки, незначительные сами по себе, в то же время служат прекрасными примерами успеха, какой достигается хорошо руководимыми и достаточно сильными десантами при условии полного обладания морем со стороны наступающего. Остров Гори служит показателем великих принципов в малом масштабе. «Остров ничего не производит, и значение его вытекает только из неприступности его позиции, которая дает возможность обратить его в военный пункт большой важности». Так гласит «Эдинбургская газета» 1822 года[100]. Но где же факты, указывающие на такое положение этого пункта? Вначале занятый датчанами в 1617 г. и укрепленный фортом св. Михаила, он исправно перешел в руки сэра Роберта Хольмса, за которым оставалось тогда местное обладание морем. Де Рюйтер отнял его у нас в экспедицию, о которой я говорил в главе четвертой. Затем он был взят французскими силами под командой д'Эстре в 1677 г. Теперь мы видим его легко перешедшим в руки англичан в 1692 г. и скоро вновь отбитым французами. Последние тогда вновь укрепили его[101], но он легко сдался Кеппелю в 1758 г. и также не выдержал атаки капитана сэра Чарльза Гамильтона в 1800 г., взявшего остров при помощи эскадры из одного 64-пушечного и двух 44-пушечных кораблей. Таким образом выходит, что выражение «неприступный военный пункт» дано как характеристика месту, всегда подвергавшемуся нападению и всегда сдававшемуся державе, имевшей за собой обладание прилегающим морем.

Можно не сомневаться, что пункт этот только выглядел неприступным, как и весьма многие мрачные крепости, но на деле он ни разу не оправдал своего внешнего вида и не показал никаких достоинств с военной точки зрения.

Остров Джемса в Гамбии, откуда, как мы видели, отправилась экспедиция через находившееся в ее обладании море для завоевания Сен-Луи и Гори, в свою очередь перешел в 1695 г. к французам, как скоро обладание морем было вновь ими восстановлено. Де Женн 3 июня 1695 г. отплыл из Ла-Рошели с эскадрой, состоявшей из четырех фрегатов и трех меньших судов, хорошо снабженных запасами для дальнего плавания, мортирами и ядрами. На своем пути к открытиям и завоеваниям в южных морях он пристал к острову Гори. Тут он получил известия, что английский гарнизон на острове Джемса находится, вследствие болезней и лишений, в столь плачевном состоянии, что весьма легко завладеть островом. На этом основании, под проводкой английского дезертира и нескольких негров, 22 июля он вошел в устье реки Гамбии. Он тотчас же приступил к обложению острова с моря, с целью лишить его подкрепления, и занялся переделкою одной из своих пинок в бомбардное судно. Французский командующий послал 23-го числа офицера к губернатору с предложением о сдаче. Согласно рыцарским обычаям того времени, французский посланный был радушно принят, причем много выпито было за здоровье враждующих правителей при громе салюта и звуках музыки… В конце концов парламентер вернулся обратно с ответом, что губернатор будет защищаться до последней крайности.

Но блокада острова была вполне достаточна для прекращения подвоза необходимых для обитателей его боевых запасов и провизии, а потому, хотя несколько малодейственных бомб и было пущено из форта, гарнизону его оставалось только сдаться и подписать капитуляцию, что было исполнено 27 июля.

Это маленькое дело служит подтверждением аксиомы, что всякий пункт, снабжение которого запасами требует сообщения морем, обязательно переходит в руки той державы, которая обладает этим морем. Когда во время блокады обладание морем переходит в руки того правительства, которому блокируемое место принадлежит, оно-то и остается за этим правительством.

Теперь мы вернемся на минуту к Вест-Индии, для того чтобы рассмотреть набеги, сделанные с весьма малыми морскими и весьма значительными сухопутными силами. Так как англичане оставили вест-индские воды в безразличном состоянии, то французскому губернатору Сан-Доминго дю Кассу пришла мысль завладеть Ямайкой. С войском в 1500 человек на 23 транспортах и в сопровождении всего трех военных судов он отплыл с острова Сан-Доминго в июне 1693 г. и прибыл в порт Морант, который был покинут при его приближении. Производя опустошение и грабежи беспрепятственно и подвигаясь, вероятно, к Кингстону, французы встретили сопротивление такое ожесточенное, какое только может быть оказано людьми, опасающимися потерять свое имущество, а потому они и не думали продолжать нападение, а вернулись на суда, удовольствовавшись награбленной добычей.

В сущности, эта был просто набег при весьма малом участии морской силы, в котором морская стратегия не играла никакой решительно роли. Высадка, произведенная в порту Морант, а не в окрестностях Кингстона, кажется, указывает на то, что основной мыслью атакующих было ограбить и уйти, а не овладеть местом и удержать его.