Муссолини. История одного диктатора

Одним из первых указов Бенито Муссолини распускает парламентский комитет по расследованию прибылей Первой мировой войны. Дуче годами бранил «акул» и спекулянтов, которые разбогатели, пока простые люди умирали в окопах. Но тогда фашизм поддержали те, кого он на публике яростно критиковал. Муссолини подпитывали те же банки, которые финансировали тяжелую промышленность. С самого начала режим, несмотря на риторику о пролетарской Италии, благоприятствует крупным капиталам.

Чтобы узнать, сколько украли фашисты, нужно было, конечно, дождаться падения фашизма. Мауро Канальи и Клементе Вольпини в основополагающем эссе «Муссолини и воровские иерархи режима» отмечают: расследование обогащения, начатое после 25 июля 1943 года и продолжавшееся годами, выявит данные о незаконной прибыли в размере 118 миллиардов лир, или почти 40 миллиардов евро. Казначейство сможет восстановить лишь одну десятую.

Утром 26 июля 1943 года толпа вламывается в особняк бывшего главы полиции Турина Андреа Гастальди. Люди находят 18 килограммов сахара, столько же фундука, 25 килограммов риса, 223 бутылки эксклюзивного вина, 30 бутылок ликера, а затем коробки консервов – мяса, сардин, персиков в сиропе, – меда, печенья… Бывший глава туринского фашизма осужден за хранение товаров ограниченного потребления.

Пьеро Каламандреи летом 1943 года рассказывает в дневнике историю Умберто Пуппини, который девятью годами ранее был назначен министром связи и который отвечал в том числе за бюджет «Провиды» – Ассоциации государственных служащих.

Изучая документы, Пуппини находит конверт с миллионным чеком. Ему объясняют, что это обычный вклад, который ежегодно вносится дежурному министру. Умберто Пуппини отказывается и рассказывает все Муссолини. Дуче, выслушав, спрашивает: «Вам эти деньги не нужны? Вы честный человек. Я дам распоряжения по этому поводу». На следующий день министр Пуппини находит на столе письмо об отставке.

Тем летом обретенной свободы комиссия, которая должна расследовать преступления фашистских иерархов, получает сотни отчетов за несколько дней. Коммунальные земли продаются друзьям по заниженной цене, зарплаты ниже рынка и выплачиваются вчерную, взятки нужно рассчитывать сразу на планировщиков, предпринимателей и многочисленных родственников всех этих могущественных бонз… Когда после 8 сентября 1943 года Муссолини возвращается к власти – пусть и из привилегированной ссылки на озере Гарда, – он решает продолжить расследование, начатое правительством Бадольо, якобы дуче тут вообще ни при чем. Из 2075 подозреваемых осуждены, однако, только шестеро, и четверо из них – иерархи, проголосовавшие против Муссолини в Большом совете в ночь на 25 июля: Гранди, Асербо, Боттаи и Альфьери.

Освобожденная Италия в конечном итоге направит запросы не на иерархов, разорявших государство 20 лет, а на бонз периода Сало. Среди них выделяются фигуры Алессандро Паволини и Роберто Фариначчи. Богатейшим источником компромата станет, по иронии судьбы, именно OVRA: тайная полиция знала все обо всех, включая иерархов режима и их прибыли.

Технический директор Института Люсе[203] Эудженио Фонтана, например, описывается как «редкий образец демагога, продавец воздуха, недобросовестный предприниматель, большой специалист по долгам». Он арестован 30 марта 1933 года и отправлен в тюрьму на пять лет, но к Рождеству уже свободен.

Фонтана – секретарь партии после убийства Маттеотти, человек Фариначчи, лидера жесткого крыла фашизма. Фариначчи, в свою очередь,– любовник Джанны Педерзини, оперной певицы и жены Фонтаны. Потеряв место в Институте Люсе, Фонтана основывает кинокомпанию La Nazionalcine, администратором которой становится Пьер Филиппо Гомес Хомен, большой школьный друг нового министра массовой культуры Алессандро Паволини. Национальная студия выпускает один фильм за другим. Главная героиня всегда одна и та же: Дорис Дуранти, любовница Паволини, которой тот строит дом на Пьяцца-Венгрия в Париоли и дарит поместье в Лукке.

В дни Освобождения Дорис срочно переберется в Швейцарию и напишет романтическую автобиографию, утверждая, что имела «сто с лишним любовников». Паволини решит остаться и сражаться. Заблокированный партизанами в Донго, на берегу озера Комо, 27 апреля 1945 года Алессандро выйдет из броневика, стреляя из автомата очередями, бросится в воду и, высоко держа оружие, доберется до противоположного берега. Его схватят вечером, в полубессознательном состоянии, раненного в ягодицы. На следующий день бывшего фашистского лидера расстреляют. Особенно придется попотеть с Фариначчи. Расследование его преступного обогащения займет 13 лет, с 1943 по 1956 год. Активы будут оценены более чем в 600 миллионов лир, что в послевоенный период эквивалентно 111 миллионам евро. Во времена расцвета режима денег было намного больше. При этом в 1938 году сенатор получал в год 25 тысяч лир, мастер – около 10 тысяч, рабочий – менее пяти тысяч.