Муссолини. История одного диктатора

Бенито Муссолини лично «заказывает» бомбардировки республиканских городов, в том числе Барселоны, «невзирая на гражданское население». 30 января 1938 года итальянская бомба падает на церковь Сан-Филиппо-Нери и убивает 42 ребенка, беженцев из разных районов Испании, искавших убежища в крипте. Всего же только в январе жертвами итальянских бомб становятся 482 человека. 2 февраля Чиано отмечает в дневнике: «Муссолини усилил обстрелы побережья, и это треплет нервы населению».

Дуче все мало. В эти дни Гитлер вторгается в Австрию. Немецкая армия занимает перевал Бреннер[220], Германия расширяется до северо-восточных границ Италии. Муссолини жаждет быть столь же беспринципным и жестоким. 16 марта он отправляет срочную телеграмму генералу Винченцо Веларди, командующему ВВС Балеарских островов: Веларди обязан посеять смерть в Барселоне и сосредоточиться на «демографическом центре» города. Цель – мирные жители.

Атака начинается в ту же ночь, в 22:00 и продолжается до полудня 18 марта. На Барселону падают 44 тонны бомб. Слабые республиканские зенитки не в силах противостоять бешеным итальянским бомбардировщикам. Погибают по меньшей мере 670 человек, ранены тысячи. Обстрел и бомбежка итальянской армией наносят колоссальный ущерб стране, против которой Италия официально не воюет, и городу, ставшему в наши дни легендой для молодых итальянцев.

Франко вынужден незамедлительно вмешаться, чтобы остановить происходящее безумие. Каудильо безжалостен к врагам, но не может допустить, чтобы Муссолини сравнял с землей второй по величине город страны. Британская дипломатия тоже вмешивается. Лондон равнодушен к республике, но Перт, британский посол в Риме, протестует против резни. Чиано, можно сказать, оставляет показания в дневнике: «Правда о бомбежках в Барселоне заключается в том, что Муссолини отдал приказ… за несколько минут до того, как выступил с речью об Австрии. Франко ничего не подозревал, вчера он даже попросил приостановить бомбежки из-за осложнения отношений с зарубежными странами. Муссолини считает, что эти бомбардировки отлично подорвут моральный дух красных… когда я сообщил ему о заявлении Перта, он остался удивительно спокоен. Бенито заявил, что итальянцы отныне агрессоры, несущие ужас, а не сонные мандолинисты. По его мнению, эти изменения поднимают нас в глазах немцев, ведущих войну столь же беспощадно».

Дети Барселоны умирают? Хорошо. Их жизни не имеют значения, но они послужат для Гитлера и мира доказательством того, что итальянцы умеют быть жестокими. Что же, британцы и американцы будут так же безжалостно бомбить итальянские города, когда дуче объявит им войну.

Силы, бросаемые Муссолини в топку конфликта, в котором он якобы не участвует, впечатляют. Расходы, естественно, растут в той же мере. После вторжения в Эфиопию государственный бюджет совершенно вышел из-под контроля. Армия и авиация будут испытывать трудности многие годы.

Командование добровольческих войск, говоря откровенно, – странная смесь бедных крестьян, в основном южан, вынужденных воевать из-за перспективы кромешной нищеты, и чернорубашечников, преданных идее кровавой борьбы с демократами и коммунистами.

Надо признать, итальянцы в Испании пытаются держаться подальше от преступлений, свидетелями которых становятся. После падения Малаги они не участвуют в убийствах республиканских заключенных, которым потворствуют франкисты. За редкими исключениями они щадят сдавшихся врагов. Впрочем, когда на стороне республики в бой выходят интербригады, в том числе итальянские добровольцы, дуче лично приказывает истребить их всех. Среди них щадят очень немногих, остальные после жестокого избиения расстреляны.

Конечно, итальянские войска порой терпят поражение. Так, в Гвадалахаре республиканцам удается остановить франкистов, нацелившихся на Мадрид. Батальон Гарибальди, состоящий из итальянских антифашистов, громит чернорубашечников. Это первое серьезное поражение фашистов.