Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Ататюрк не оставил какого-либо политического завещания, ограничившись личным завещанием. Вскрытие пакета с завещанием Ататюрка состоялось 28 ноября 1938 года в помещении третьего мирового суда Анкары в присутствии министров юстиции, внутренних дел, иностранных дел, генерального секретаря НРП, а также сестры Ататюрка, представителей прокуратуры Анкары, нескольких депутатов меджлиса, судей и адвокатов. Там, в частности, говорилось: «Все принадлежащие мне наличные денежные средства и акции, движимое и недвижимое имущество в Чанкая оставляю и завещаю Народно-республиканской партии на следующих условиях: 1) наличные денежные средства и акции должны быть, как и сейчас, помещены в оборот Деловым банком; 2) из ежегодного дохода будет предоставляться ежемесячно Макбуле – 1000, Афет – 800, Сабихе Гекчен – 600, Улькю – 200, Рукие и Небиле, как и сейчас, по 100 лир в течение их жизни и пока сохраняется их уважение ко мне; 3) Сабихе Гекчен, кроме того, предоставить денежные средства для приобретения дома; 4) в распоряжении Макбуле, пока она жива, остаётся дом, в котором она живёт в Чанкая; 5) детям Исмета Инёню должна быть оказана помощь, необходимая для завершения высшего образования; 6) оставшаяся часть ежегодного дохода должна двумя одинаковыми долями ассигноваться “Турецкому историческому обществу” и “Турецкому лингвистическому обществу”. К. Ататюрк».

Единственной наследницей Ататюрка по закону оставалась его младшая сестра Макбуле-ханым, жившая с ним вместе в Чанкая. Другая сестра, Наджие, умерла ещё в 1901 году. Все имевшиеся на его счетах средства Ататюрк передавал Народно-республиканской партии.

Среди отдельных лиц, указанных в завещании, на первом месте стоит родная сестра Мустафы Кемаля – Макбуле. В указанное время ей было 53 года, а умерла она в 1956 году в возрасте 71 года.

Следующей в завещании названа Афет (Инан), приёмная дочь Ататюрка. Он помог ей получить высшее образование в Европе. С 1929 года она преподавала историю в открытом в Анкаре музыкальном педагогическом училище. Позднее Афет Инан защитила докторскую диссертацию и стала профессором истории.

Сабиха Гёкчен также с помощью Ататюрка получила образование. Она часто болела и лечилась в Европе. В 1935 году Сабиха поступила в только что открытую лётную школу и окончила её со специальностью «пилот», а в следующем году поступила в военно-воздушное училище.

Благодаря завещанию Ататюрка хорошее техническое образование получили дети Исмета Инёню – сыновья Омер (1924 год) и Эрдал (1926 год) и дочь Озден (1930 год).

В завещании упоминянута Улькю, дочь Васфие, воспитанницы матери и сестры Ататюрка. Когда Васфие выросла, она вышла замуж и несколько лет жила отдельно от семьи Ататюрка. Но личная её жизнь сложилась неудачно, и за восемь-девять лет до смерти Кемаля она обратилась к нему за помощью. Ататюрк принял участие в судьбе Васфие, выдал её вторично замуж и появившейся на свет девочке дал имя Улькю («Идеал»). Он был очень привязан к ребенку, и когда в 1937 году Улькю заболела возвратным тифом, ежедневно ездил, несмотря на протесты врачей, из пригорода Стамбула Флории во дворец Долмабахче, где она лежала. Почти до самых последних дней жизни Ататюрка пятилетняя Улькю находилась при нём.

Рукие и Небиле – этот две воспитанницы Ататюрка, получившие с его помощью образование и впоследствии выданные им замуж.

В 1957 году после соответствующего ходатайства Сабихи Гёкчен, где говорилось об «изменившихся условиях существования», Деловой банк увеличил вдвое суммы ежемесячных пособий оставшимся к тому времени в живых лицам, перечисленным в завещании Ататюрка.

Первая выплата ассигнований двум обществам, созданным Ататюрком, была сделана в 1940 году и составила по 49 тыс. лир каждому. В последующие годы ассигнования каждому из обществ достигали сотни тысяч лир, а начиная с 1964 года составляют ежегодно около 2 млн лир. До настоящего времени благодаря завещанию Ататюрка оба общества имеют возможности для проведения исследований по турецкой истории и лингвистике.

26 декабря 1938 года собрался чрезвычайный съезд Народно-революционной партии, на котором президент Инёню был провозглашён Национальным шефом (лидером) и бессменным Генеральным председателем партии. Свою основную задачу Иненю видел в том, чтобы, продолжая курс Кемаля, удержать Турцию вне надвигавшейся Второй мировой войны. Он решительно проводил его, несмотря на давление как союзников, так и Гитлера. Между прочим, турецкая газете «Джумхуриет» 22 июня 1941 года утверждала, что Гитлер – это единственный лидер, понимавший Ататюрка, хотя они не встречались.

Наметившиеся с середины 1930-х годов признаки переориентации Турции на Францию, а ещё более на Англию стали устойчивой тенденцией турецкой внешней политики. Инёню стал еще активнее сближаться с Англией и Францией.