Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Главным фронтом для кемалистов теперь стал греческий фронт в Западной Анатолии. С 15 мая 1919 года, со дня высадки греческих войск в Измире, Западная Анатолия находилась в состоянии войны. Греческие войска продолжали прибывать: в начале июля их насчитывалось 35 тысяч, а в конце лета – уже свыше 75 тысяч, что в полтора раза превосходило численность регулярной турецкой армии. Бои были ожесточенными. Турки пытались приостановить наступление греков, но их слабые, разрозненные выступления не были так организованы, как на востоке Анатолии. Регулярная армия, насчитывающая около трех тысяч солдат в двух дивизиях бывшего армейского корпуса Измира, была не в состоянии противостоять грекам. Отряды сопротивления, или банды, как их называли союзники и правительство, состояли в основном из крестьян, бежавших от наступавших греков. Крестьяне создавали отряды по самым разным причинам: ненависть к грекам, защита султана-халифа, отказ отдавать имущество, «приобретенное» во время мировой войны, притеснение землевладельцев, а иногда просто с целью пограбить.

Среди вожаков партизанских отрядов встречались очень колоритные личности: благородный разбойник Али Йорук, совсем молодой человек, или Мехмед-кузнец, дезертир, столь же отважный, сколь и жестокий и бессовестный. Среди них выделялся Этхем, 30-летний черкес, стройный и сильный, бывший офицер. Демобилизовавшись, он стал промышлять разбоем и грабежами, прославился похищением сына мэра Измира. Хусейн Рауф, под чьим командованием он сражался в Персии, смог убедить его драться за национальные интересы. Впрочем, ненадолго.

В лице таких партизанских командиров, как Али Йорук, Мехмед-кузнец и Этхем-черкес, националисты приобрели храбрых и энергичных бойцов, популярных среди местного населения, но дисциплина для них осталась понятием весьма относительным. Партизанские командиры могли без колебаний арестовать чиновников, симпатизирующих националистам. А если партизаны решали, что им платят недостаточно, то, не раздумывая, дезертировали. Вскоре националистов стали обвинять в грабежах, поскольку они (и не только партизаны) ввели обязательные реквизиции, которые предусматривали оплату, но постепенно, в рассрочку, и все более обесценивающимися деньгами.

С аналогичными проблемами Кемаль сталкивался и на востоке. Там тоже были партизанские отряды, но там их более или менее контролировал Карабекир. А на западе пока еще не было общего командования и необходимой координации действий между регулярными турецкими войсками и партизанами. Рауфу и Кемалю были необходимы десятки и сотни тысяч новых бойцов для армии, чтобы противостоять грекам, и партизанами пренебрегать не приходилось.

Контакты с большевиками был отправлен налаживать дядя Энвера-паши Халиль-паша, участник турецких военных операций на Кавказе в годы Первой мировой войны. Он имел много знакомых на Кавказе и был близок к Карабекиру, который рекомендовал Кемалю использовать его в качестве неофициального представителя кемалистов в Москве.

По окончании Первой мировой войны Халиль-паша был арестован англичанами и помещён в тюрьму как подозреваемый в военных преступлениях, прежде всего против армян, но бежал и был направлен Кемалем в Азербайджан, а оттуда в Москву. После подписания Московского договора 1921 года между РСФСР и Турцией именно Халиль-паша (Кут) доставил в Турцию золото за возвращение Батума, оккупированного к тому времени турками. Однако оставаться в Турции ему тогда было нельзя из-за обвинений в организации резни армян в Шуше и в военных преступлениях против арабов, и он вынужден был вернуться в Москву, а впоследствии выехал в Берлин. Разрешение вернуться в Турцию ему было дано лишь после провозглашения Турецкой Республики в 1923 году.

После Сивасского конгресса Халиль-паша отправился в Баку, где оставался и в тот момент, когда в город вошли войска советской 11-й армии. Халиль и кемалисты содействовали мирной советизации Азербайджана. По настоятельной рекомендации кемалистских офицеров, угрожавших разоружением, муссаватистская армия не стала оказывать сопротивления.

Ведь еще в феврале 1920 года Кемаль утверждал: «Государства Антанты имеют план прервать непосредственную связь между большевиками и турками, используя кавказские народы. Они признали независимость Азербайджана, Армении, Грузии, возможно, признают независимость Северного Кавказа, а теперь, чтобы победить в войне с большевиками, они эти страны поощряют и поддерживают… Если они этого добьются и превратят народы Кавказа в барьер против нас, если Турция окажется окруженной, все возможности нашей страны сопротивляться будут подорваны в корне. Проект превращения Кавказа в китайскую стену – это безусловно проект уничтожения Турции… Необходимо принять все меры к тому, чтобы разрушить барьер, установить контакты с кавказскими государствами, понять их намерения».