Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Письмо Кемаля к Ленину от 26 апреля 1920 года стало отправной точкой официальных отношений кемалистской Турции с Советской Россией. 11 мая Великое национальное собрание Турции направило своего министра иностранных дел Бекира Сами во главе первой официальной делегации в Москву для подготовки общего договора. Делегация добиралась долго, поскольку приходилось двигаться в обход Армении через Иран, и прибыла в Москву лишь 19 июля 1920 года. Бекир Сами, министр иностранных дел, и Юсуф Кемаль, министр экономики, в целях безопасности маскировались под миссионеров Красного Креста. 24 июля состоялась первая встреча Бекира Сами и его заместителя Юсуфа Кемаля с Чичериным и Караханом, а 14 августа турецкие представители беседовали с Лениным. 24 августа соглашение относительно советско-турецкого сотрудничества было парафировано. В разделах, предусматривавших помощь, речь шла как о помощи со стороны Советской России вооружением, боеприпасами, материалами и деньгами, так и в случае необходимости организацию совместных военных действий против империалистов. Однако этот второй вид помощи, которого так опасался Кемаль, считавший, что в этом случае большевики могут надолго, если не навсегда, задержаться в Турции, не потребовался. Денежная помощь была согласована в сумме 10 млн золотых рублей, что было эквивалентно 1 250 000 османских золотых.

Надо отметить, что переговоры в Москве Бекира Сами с большевиками шли тяжело. 24 августа 1920 года соглашение о советско-турецком сотрудничестве было парафировано, но три дня спустя советский нарком иностранных дел Чичерин заявил, что Турция должна уступить армянам часть областей Вана и Битлиса, как это предусмотрено Севрским договором, в дополнение к тем территориям, которые в 1914 году находились в пределах Российской империи (с возможным исключением Сарыкамыша). Бекир Сами не имел возможности связаться непосредственно с Анкарой и отправил в Турцию для согласования условий соглашения Юсуфа Кемаля. Впрочем, еще до получения ответа из Анкары нота Чичерина была дезавуирована Сталиным, с которым согласился Ленин. Сталин назвал ноту Чичерина «дурацкой» и предложил впредь воспретить главе НКИД «посылку нот туркам под диктовку националистически настроенных армян-большевиков».

В июле 1920 года Халиль-паша (Кут) вернулся из Москвы уже с первым траншем советского золота на сто тысяч лир. С огромными трудностями паша довез золото до Нахичевани и только 8 сентября золотые слитки прибыли в Эрзурум. Они были тщательно взвешены и переданы по назначению. 200 кг золота поступило в распоряжение Восточной армии Карабекира, а остальное золото было отправлено в Анкару.

Настойчивые попытки связаться с Москвой предпринимали через германских социалистов и бежавшие в Берлин лидеры иттихадистов и даже опередили в этом Кемаля. Энвер-паша посетил в берлинской тюрьме Карла Радека и по его ходатайству Радек был немцами освобождён. В Москве предложение популярного в мусульманском мире Энвера-паши, переданное в Берлине через Карла Радека, вызвало живой интерес. Вскоре большевики заключили с Энвером соглашение о сотрудничестве. Ему удалось логовориться с советским руководством о следующем. Энвер и его соратники-младотурки должны предпринять усилия, чтобы поднять исламский мир на борьбу против «империалистов». Радек еще при первой встрече с Энвером обещал посоветовать большевистскому правительству поддержать турецкое сопротивление, возглавляемое Энвером и его сторонниками. Так, Нури-паше, брату Энвера, стоявшему во главе вооруженных сил Азербайджанской Народной Республики, было предложено прекратить противостояние с Красной армией и начать с ней сотрудничать.

Первым отправился в Советскую Россию Джемаль-паша, а оставшийся в Германии Энвер-паша открыто объявил себя сторонником идей Коминтерна и в начале 1920 года опубликовал ряд статей, призывавших к борьбе с колонизаторами и империалистами.

Затем Энвер-паша предпринял несколько попыток выехать в Советскую Россию. Это удалось ему сделать только 7 августа 1920 года через Белосток. Вскоре Энвер добрался до Москвы.