Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Вместе с тем закон, не позволяющий иностранцам заниматься некоторыми профессиями и посещать ряд регионов, затрагивал и евреев. Но Турция при Ататюрке практически избежит антисемитизма. Хотя в 1934 году закон об обязательном использовании турецкого языка и эвакуации по военно-политическим причинам еврейских семей, проживающих во Фракии и близ Дарданелл, вызвал всё же некоторые инциденты с евреями.

На этнический состав населения Турции серьезно повлиял процесс обмена населения с Грецией. Согласно турецкой статистике, в Турцию в 1921–1928 годах вернулись и получили жилище 463,5 тыс. человек, причем основными регионами их размещения стали регионы, в которых раньше проживало много греческих семей – Эдирне, Балыкесир, Стамбул, Бурса, Измир, Текирдаг и др. В 1927 году в Турции проживало 13 269,6 тыс. мусульман, 109,9 тыс. православных, 81,9 тыс. иудеев, 77,4 тыс. армян (имеются в виду приверженцы армяно-григорианской и армяно-католической церквей. – А.В.), 39,5 тыс. католиков, 24,3 тыс. христиан и др. По языковому признаку население распределялось следующим образом: для 11 777,8 тыс. жителей родным языком был турецкий, для 1184,5 тыс. – курдский, для 134,3 тыс. – арабский, для 119,8 тыс. – греческий, для 95,9 тыс. – черкесский (имеются в виду языки северокавказских народов. – А.В.), для 68,9 тыс. – еврейский (имеются в виду иврит и ладино. – А.В.), для 64,7 тыс. – армянский и для 11,5 тыс. – татарский. Таким образом, единственным значительным по численности этническим меньшинством, да к тому же имевшим компактный район проживания, в Турции остались только курды. И это действительно создало серьезную политическую проблему для кемалистов. Что же касается многочисленных когда-то армян и греков, имевших компактные области проживания в Западной Армении и Западной Анатолии, то за счет геноцида и депортаций их численноть уменьшилась в несколько раз, и они оказались рассеяны по всей территории Турции. Теперь армянский геноцид создавал определенные внешнеполитические проблемы для правительства Кемаля, негативно влияя на международный престиж Турции, но внутри страны армянская, равно как и греческая, проблемы уже не играли сколько-нибудь заметной роли.

В регионе Стамбула в 1927 году насчитывалось 547 тыс. мусульман, 100 тыс. православных, 53 тыс. армян и 47 тыс. иудеев. Треть населения крупнейшего города и бывшей столицы Турции относилась к этническим и религиозным меньшинствам. Однако в результате Первой мировой войны и войны за независимость численность меньшинств значительно сократилась, и турки, до 1914 года составлявшие лишь относительное большинство населения Стамбула, теперь составляли почти две трети жителей города.

Надо подчеркнуть, что постановления Лозаннского договора на бумаге неплохо защищали права и интересы национальных и религиозных меньшинств. Однако на практике эти положения в полном объеме в Турции никогда не выполнялись.

Доля греческого и армянского населения в период правления Кемаля Ататюрка продолжала уменьшаться за счет массовой иммиграции и ассимиляции. Публикация статистических данных о национальных и религиозных меньшинствах была вообще прекращена в Турции после 1965 года.

Содержащиеся в Лозаннском договоре статьи о защите меньшинств к курдам не относились, так как в соответствующих статьях упоминаются только немусульманские меньшинства. Это обстоятельство, однако, не снижало остроту курдской проблемы. Курды продолжали бороться за создание независимого курдского государства, обещанного им Севрским мирным договором. Но Лозаннский договор практически отказал мусульманам-нетуркам, главным образом курдам, в статусе меньшинства, имеющего какие-либо формальные права.

Как вспоминал один турецкий бизнесмен, в новой турецкой столице «самые красивые дома, хорошие магазины, дачи принадлежали немусульманам. В воскресные дни христиане и евреи, нарядившись, семьями заполняли главные улицы Анкары… Я поинтересовался, кто же из мусульман самый богатый, и выяснил, что наибольшие состояния у семей Булгурлар, Кыннаджы, Актар составляют только несколько тысяч золотых лир, что ставило их на третье место после богатых христиан».