Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Надо сказать, что этнические чистки, проводившиеся в Турции в 1914–1923 годах, способствовали росту турецкой буржуазии и увеличению доли турок среди городского населения. В марте 1924 года был принят закон о распределении бесхозных земель и прочей недвижимости, принадлежавшей лицам, покинувшим Турцию, главным образом грекам и армянам. Такая недвижимость передавалась тем турецким гражданам, чье недвижимое имущество было уничтожено неприятелем или мятежниками или же ликвидировано властями в силу возникшей военной необходимости. Реализация этого закона на практике привела к тому, что земли и другая недвижимость депортированных и беженцев попали преимущественно в руки крупных земельных собственников. В апреле 1924 года меджлис принял закон «О распределении недвижимой собственности среди населения, прибывшего в порядке обмена». Согласно этому закону, землю и недвижимость могли получить лишь те репатрианты, которые имели собственность в стране, откуда они прибыли. Это способствовало тому, что собственность концентрировалась в руках крупных собственников.

После подавления восстания шейха Сайда в феврале 1925 года турецкое правительство принудительно переселило наиболее непокорные курдские племена в различные районы Центральной и Западной Анатолии. Для этого в 1927 и 1929 годах были приняты специальные законы. В эти же годы были приняты законы о наделении землей кочевых курдских племён в районах их традиционных кочёвок. Власти старались перевести курдов на осёдлый образ жизни, что также позволяло легче держать в повиновении.

Что касается вооружённых выступлений курдов, в том числе восстания шейха Саида, проходившего под лозунгом создания независимого Курдистана, то они подавлялись сравнительно легко.

В некоторых турецких публикациях курдов одно время называли «горными турками». Это было отражением политики тюркизации всего нетурецкого населения, проводимой правительством Кемаля Ататюрка. И сегодня курды Турции требуют полного признания своих национальных прав, в том числе права обучать своих детей на родном курдском языке, иметь СМИ и издавать книги на курдском, а также как минимум предоставления широкой автономии районам с преимущественно курдским населением. А отряды Демократической партии Курдистана не останавливаются и перед вооруженными и террористическими методами борьбы.

Кемаль использовал наличие шовинистических чувств у значительной части турецкого населения по отношению к армянам и грекам. Это объяснялось не только «предательским поведением» греков и армян во время Первой мировой войны и войны за независимость, но и тем немаловажным обстоятельством, что данные меньшинства издавна контролировали экономическую жизнь Турции, в том числе основные отрасли ремесла и торговли.

Греческий капитал вообще занимал господствующее положение в хозяйственной жизни империи. Ему принадлежала почти половина промышленности, ремесел и внутренней торговли. Он контролировал более 40 % всех внутренних финансовых операций Оттоманской империи. Второе место принадлежало армянским предпринимателям, торговцам и финансистам, в чьих руках находилась четверть производства и торговли. Вслед за ними шли бизнесмены – евреи и левантийцы. К последним относились католики – потомки французских и итальянских миссионеров и торговцев. Что касается турецкой буржуазии, то она занимала лишь четвертое место и контролировала только 15 % торговых операций и 12 % ремесел и промышленности. Изгнание греков и армян позволило ей со временем занять ведущие позиции в частном секторе турецкой экономики, но это произошло уже при преемниках Ататюрка.

Эпоха войн для Кемаля навсегда закончилась с завершением греко-турецкой войны. Он оказался одним из самых успешных полководцев за всю историю страны. Кемаль практически не знал поражений. Даже когда ему приходилось отступать в Падестине и Сирии в 1918 году, он совершил то, что казалось невозможным, и отвел в порядке основные силы своих войск, избежав капитуляции. Его успех был тем более удивителен, что турецкая армия эпохи Первой мировой войны не отличалась особенно высокой боеспособностью. По большей части она состояла из неграмотных крестьян. Ей не хватало грамотных офицеров с опытом современной войны. Кроме того, за Оттоманскую империю, а потом за национальную Турцию более или менее с энтузиазмом сражались только этнические турки. Представители других народов часто дезертировали и даже, как арабы, порой переходили на сторону противника. Теперь, после победы над греками, он стал настоящим национальным героем, и его реальная власть была большей, чем у любого из султанов.