Читаем Мы – электрические. Новая наука об электроме тела полностью

Его везение заключалось в том, что авария произошла как раз тогда, когда Университет Пердью в Индиане подбирал добровольцев с повреждением позвоночника для новых клинических испытаний. Через несколько дней после аварии нейрохирург поместил между поврежденными позвонками Ингрэма электроды, создававшие электрическое поле. Исследователи надеялись, что это поле соединит противоположные концы поврежденных двигательных и чувствительных нервов в позвоночнике: они должны были медленно поползти навстречу друг другу через поврежденный участок и обрести возможность вновь без помех передавать сигналы от мозга. Через несколько месяцев имплантат удалили. Когда через год специалисты обследовали Ингрэма и других участников испытаний, большинство из них сообщали о некоторых улучшениях.

В 2019 году, через двенадцать лет после того, как Ингрэм вновь стал делать осторожные шаги, умер ученый, который изобрел устройство, изменившее мрачный диагноз, и вместе с ним умер значительный опыт работы по стимуляции осциллирующим электрическим полем. Хотя устройство было признано безопасным и, по-видимому, открывало возможности, которых не могли дать другие устройства или лекарства, и от законодательных органов США было получено предварительное разрешение на проведение более масштабных испытаний, вскоре после интервью Ингрэма корреспонденту Globe исследования были заморожены[246]. Устройством воспользовались лишь четырнадцать человек, и поскольку на протяжении нескольких лет исследования тормозились на каждом этапе, компания, занимавшаяся разработкой метода, обанкротилась. А устройство убрали на дальнюю полку.

До сих пор некоторые люди чрезвычайно расстроены обстоятельствами этого провала. “Я думаю, это отбросило исследования в области повреждений позвоночника на десять лет назад, – комментировал Джеймс Кавуото, выпускающий авторитетное издание в области промышленных разработок Neurotech Reports. – Где бы мы были сегодня, если бы они не разогнали всех исследователей и инвесторов, которые хотели продолжать это направление исследований?” По мнению Кавуото, метод стимуляции осциллирующим полем, отодвинутый на второй план влиятельными людьми, не имеющими представления о принципах его работы, и атакованный конкурентами, движимыми не профессиональными, а скорее личными интересами, предвосхитил время и был слишком необычным, чтобы добиться успеха. Он очень сильно противоречил бытовавшим в то время представлениям о связи биологии и электричества.

Дело в том, что данный имплантат оказывал влияние не на потенциал действия: он должен был воздействовать на более общее электрическое поле, существование которого было официально признано только в 1970-е годы. Кожа, кости, глаза – буквально все органы нашего тела излучают электрические сигналы. Новые исследования и инструменты позволили пролить свет на физиологические причины возникновения этого биоэлектрического поля и объяснить принципы его функционирования и медицинский потенциал. В 2020-х годах появилось больше устройств и методов, которые позволяют им манипулировать. Однако, чтобы понять суть вопроса, нам, как обычно, нужно обратиться к истокам (очень коротко!).

<p>Лаборатория Лайонела Джеффа</p>

Все началось со старых исследований, показавших, что все живые существа обладают собственным электрическим полем, даже такие организмы без мозга, как гидры, водоросли или проростки овса[247]. Лайонел Джефф попытался разгадать эту тайну в 1960-е годы, когда большинство электрофизиологов хотели заниматься только нервной системой. Однако Джефф, который учился ботанике в Гарварде, а в душе был физиком, искал более общие и универсальные теории.

Подходящим материалом для начала исследований были бурые водоросли (или “морской дуб”, если вам так больше нравится). Интересный факт: в этих водорослях содержится в восемь раз больше натрия, чем в сыре чеддер, и в одиннадцать раз больше калия, чем в бананах. Может быть, когда-нибудь все мы будем ими питаться. Но биологи любят их по той причине, что они размножаются половым путем, выбрасывая сперму и яйцеклетки непосредственно в морскую воду (не благодарите). И это позволяет наблюдать за всем процессом их развития, начиная с первого дня, без необходимости лазать по закоулкам маточных труб. Водоросли растут по-разному в двух направлениях, в зависимости от расположения по отношению к солнечному свету.

Для подробного изучения электрических характеристик водорослей Джефф в Университете Пердью посадил пучок водорослей в ванну с горячей водой, ожидая перемешивания их выделений. Как только у него появились развивающиеся эмбрионы, он пересадил их рядком в узкую трубку, осветил с одной стороны, имитируя солнечный свет, и стал следить за тем, не появится ли по мере роста эмбрионов какое-то измеряемое электрическое поле. И оно появилось, да еще как. Положительный заряд вверху, отрицательный внизу. Как в батарейке. Теперь Джеффу нужны были умные ребята, которые помогли бы понять, как так вышло.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже