Мы не говорили об этом, мама

Всего неделя… Наш вожатый все так же появляется три раза в день. Мне разрешено не мыть ноги… Мы, дети, предоставлены сами себе: сами себя развлекаем, сами для себя организуем «Зарницу» – строим препятствия и их преодолеваем, бродим по лагерю и наедаемся черникой… Иногда с нами играет вожатая отряда девочек, но она ими тоже не занимается, как правило, она где-то пропадает с нашим вожатым. А вот соседнему отряду повезло… У них вожатый пусть не молодой парень, как у нас, зато крепкий, кряжистый мужик, который гоняет с ними в футбол, организует походы, игры, соревнования, эстафеты, и вообще он все время с детьми…

Обратно я еду уже на автобусе с детьми, потому что отдельный автобус со взрослыми не едет. Дети шутят, рассказывают разные истории. Я сижу, молчу и в разговорах не участвую, мне почему-то нечего сказать, я не знаю историй, я не умею шутить. Ближе к Москве одна из девочек начинает петь. Поет громко, на весь автобус, сильный и мелодичный голос выводит трогательную историю о девочке Людмиле, замученной фашистами…

Лагерь… Я тогда еще не знал, что будет второй, третий и другие классы и по три месяца летних каникул, которые я буду проводить так: один месяц с папой, один месяц с мамой. Родители никогда не брали отпуск вместе, чтобы я побольше времени мог отдохнуть с ними по очереди на турбазе или базе отдыха. Мама не знала, что я больше любил бывать с папой на турбазе в холодных летних домиках, но рядом с водохранилищем. Мы почти каждый день брали лодку и катались, иногда причаливали, и я купался… Я придумывал названия бухтам и заливам и представлял себя капитаном исследовательского судна… А отдыхая с мамой… Я всегда должен был быть рядом с ней и делать то, что она хочет. Она ведь жертвовала своим отпуском, чтобы вывезти меня на базу отдыха, а могла бы отправить в лагерь, где со мной бы обязательно что-нибудь случилось… Хотя я предпочел бы лагерь… Но я должен быть благодарным и ценить то, что мама делает для меня, что она живет для меня и жертвует всем ради меня.

Да, мама жертвовала для меня всем, даже своим личным счастьем. Ради меня ей приходилось терпеть «эту сволочь и подонка – твоего отца». Я знал, что из-за меня мама мучается и страдает в браке с папой, но не разводится, чтобы меня не дразнили безотцовщиной. Я не знаю, почему папа «сволочь и подонок», но раз мама так говорит, значит, так оно и есть. И я его ненавижу за все то зло, которое он причиняет моей любимой мамочке.

Мама ходила «разбираться» в школу, когда меня обижали учителя или школьники, мама учила меня плавать, бриться, мыть пенис, гладить брюки и рубашки, шить, готовить и много еще чему, что необходимо в жизни, мама делала со мной уроки, мама много рассказывала о своей молодости, о том, сколько у нее было кавалеров и как она могла бы удачно выйти замуж и устроить личную жизнь. Мама была для меня всем…

Даже не знаю, здорово отмечать десять лет или нет… Гости, подарки… Как всегда, придут взрослые, которых пригласила мама, у них будут взрослые и скучные разговоры, а я должен буду сидеть и себя хорошо вести, чтобы не опозорить маму. Да, это самое страшное, что может быть в жизни… Поэтому я сяду с самого краю и буду молчать, чтобы не сказать что-то не то… Да, сока наливать полстакана, еды в тарелку класть немного (чтобы не подумали, что я голодный или что у нас дома сока нет, или что салат у нас только по праздникам).

Конечно, железная дорога – это здорово. Правда, у соседа гораздо лучше: больше локомотивов, вагонов, стрелок, целые вокзалы и переезды. Но родители такую дорогую железную дорогу купить мне не могут. Поэтому надо радоваться тому, что есть, ведь у других нет даже этого. А про другие подарки мне неинтересно и непонятно. Тетя Женя подарит самовар. А зачем мне самовар? Лично мне самовар не нужен, все-таки это мой день рождения, и я хочу подарок для себя… Эгоист… Мама же сказала, что нам в семью нужен электрический самовар, и пусть его подарят на мой день рождения. Мама сказала, что я не должен быть эгоистом, который думает только о себе, надо думать о семье и о том, что нужно семье, а не лично мне. А я… Я и так уже получил железную дорогу…

Летние каникулы, мы с мамой едем на базу отдыха. Дорога в электричке, обустройство, на следующий день вечером идем гулять. У волейбольной площадки собирается компания детей играть в волейбол. Я останавливаюсь в нерешительности и с завистью смотрю на недоступное для меня чудо – компанию детей. Я знаю, что я слабый, что плохо играю в любые игры, знаю, что не могу попасть по мячу, а родители любят надо мной подтрунивать: «мяч к нему, а он от мяча». Только вот не знают они, как это больно и обидно…