Мы не говорили об этом, мама

«Так вот ты где!» – мамин крик перекрывает и наши разговоры, и новости по телевизору. Рассержена, растрепана, глаза мечут молнии. «Ты когда ушел? Почему я должна тебя искать?!» – «А зачем меня искать? Я же сказал, что буду в клубе…» – «Ты сказал, что пойдешь посмотреть! А тебя все нет и нет, а я сижу одна, а ты тут развлекаешься!» Крик обрывается на высокой скорбной и трагической ноте. Мама медленно поворачивается и выплывает из клуба.

На лицах ребят играет ехидная улыбка. Им по приколу… Я на них не в обиде, я сам такой…

Вам, взрослым, этого не понять, этого нашего «по приколу». Это и не со зла, и не от осознанного желания причинить боль или страдания. Нам это чисто по приколу, а вы сразу: «Жестокие подростки, поколение телевизоров, ленивые потребители, вам ничего не надо, лишь бы слушать вашу дурацкую музыку, а вот мы в вашем возрасте…» А есть ли у вас право нас попрекать? Сами, что ли, не были подростками? Были… И прекрасно понимаете, что нет для подростка большего позора и унижения, чем когда родитель отчитывает перед сверстниками.

Оставшиеся тринадцать дней я провожу с мамой. В основном мы в домике, выслушиваю упреки и претензии, в промежутках читаем книги, иногда гуляем, пару раз покатались на лодке. И я терпеливо жду, когда отмотаю свой срок… И больше с мамой я никуда и никогда не поеду. Ни за что!

Еще воспоминание. Мне исполнялось четырнадцать лет… Да неужели? Мама предлагает сделать два отмечания дня рождения? Первое – с родственниками, а на второе я могу пригласить тех ребят, кого она разрешит. Ничего, правда? Я могу пригласить Светку, Серегу и Андрея и они придут ко мне в гости? И это будет мой день рождения? Мой? Как у взрослого, с теми, кого я хочу видеть? И мы будем весело болтать, шутить и общаться…

Нет, не будем… С нами будет мама… Да, что это я размечтался? Как я мог подумать, что мама все приготовит и уйдет на два-три часа, например в магазин, как это делают другие родители, давая детям возможность свободно пообщаться, не тяготясь присутствием взрослых? Это эгоизм. Она покупает продукты, она готовит еду.

Понятно, что она хочет побыть с нами, ну не скажу же я ей: «Мама, поди погуляй, мы хотим побыть одни», после того как она все купила и приготовила, она ведь будет стараться ради меня, чтобы я мог пригласить своих гостей… Во, блин… Че-то я уже и не рад этому… Почему? Что не так? Ведь все правильно и логично… Почему я так сильно не хочу, чтобы мама была с нами за столом, почему меня буквально воротит от этого?

Н-да… Это что-то не так – Света. У нее лицо ангела, чудесные белокурые волосы и нежный голос, от которого мурашки по коже. Маме она не нравится, но она нравится мне. Мама ее практически не знает и не может мне сказать ничего конкретного, все твердит про свою прекрасную интуицию и материнское чутье. Н-да… Света придет в гости, и, конечно, мама со своим чутьем все увидит, поймет и «разложит по полочкам». Н-да… А уж не ради ли этого мама разрешила устроить такое вот отмечание моего дня рождения?

Мне только непонятно: а в чем, собственно, проблема? Ну нравится мне Светка… Ну и что? Я же не жениться на ней собираюсь и вообще ничего такого не собираюсь… И не потому, что Света дружит с Серегой, я знаю, что у них ничего нет, они просто дружат еще с детского сада…

А Сереге везет – с детского сада дружить с такой девочкой… И еще интересно: почему у Андрея и Сергея есть знакомые девчонки, а у меня нет… Что со мной не так? И почему, собственно, мама так беспокоится из-за Светы? Мне непонятно, но я чувствую, что в моих отношениях со Светой мама явно лишняя, она упорно лезет в то, что лично мое… Да, она мама, да, она лучше знает… У нее интуиция и богатый жизненный опыт. Ну блин… А у меня этот опыт откуда возьмется, если мама за меня все решает, указывает, что говорить и как с кем себя вести? А я, может, не хочу жить по ее указке? Я, может, сам хочу сказать то, что я хочу сказать… И вообще, я имею право на личную жизнь! Я личность! И мне может нравиться то, что не нравится маме!

Света, Оля, Наташа, Катя, Лена, Аня… Год за годом, день за днем… «Кто угодно, только не она!» – слышу я каждый раз, когда на горизонте возникает опасность приближения ко мне особы противоположного пола. К своим двадцати годам я прекрасно понимаю мамину патологическую ревность и стремление любой ценой еще в зародыше уничтожить мои отношения с любой девушкой.

«Кто угодно, только не она!» – это значит никто. Я для мамы собственность, которую она не намерена с кем-то делить или кому-то отдавать. Я всегда должен быть при ней и делать то, что она хочет. Так было… Отгремели громкие скандалы, истерики, претензии и угрозы: «Всем в жизни ты обязан мне!», «Без меня ты ноль, ты без меня ничто!», «Я не приду на твою свадьбу, на ком бы ты ни женился!» и так далее.