Мыслить как Толстой и Витгенштейн. Искусство, эмоции и выражение

Возвращаясь к «Что такое искусство?», мы видим, что и здесь Толстой придерживается того же взгляда, а именно что интерпретация излишня, даже враждебна эстетическому опыту. Такое непосредственное, непроизвольное понимание, слияние автора и читателя «истинного» произведения происходит без нужды в интерпретации:

Если произведение хорошо, как искусство, то независимо от того, нравственно оно или безнравственно, – чувство, выражаемое художником, передается другим людям. Если оно передалось другим людям, то они испытывают его, и мало того, что испытывают, испытывают каждый по-своему, и все толкования излишни. Если же произведение не заражает людей, то никакие толкования не сделают того, чтобы оно стало заразительно. Толковать произведения художника нельзя. Если бы можно было словами растолковать то, что хотел сказать художник, он и сказал бы словами. А он сказал своим искусством, потому что другим способом нельзя было передать то чувство, которое он испытал. Толкование словами произведения искусства доказывает только то, что тот, кто толкует, не способен заражаться искусством. Так оно и есть, и как это ни кажется странным, критиками всегда были люди, менее других способные заражаться искусством (30: 123).

В главе 5 мы вернемся к этой цитате в другой связи – здесь же отметим совпадение взглядов Толстого и Витгенштейна на непосредственное понимание чувства, которое может иметь место в эстетическом опыте.

6. Второй вызывающий беспокойство вопрос снимается не так легко. В предыдущей главе мы обратили внимание на различие в семантике глаголов «заражать» и «сообщаться» и их производных в «Анне Карениной»: хотя оба слова означают непосредственное, непроизвольное выражение, первое указывает на физиологическое, каузальное отношение, приводящее к внешней мимикрии: «заразительный смех», «заразительный зевок»; второе же, по всей видимости, говорит о выражении смыслового содержания, включающем нормативное отношение, то есть передаваемое может быть не понято или понято неправильно[125].

Интересно, что это же различение, лексически маркированное в «Анне Карениной», вновь возникает в процессе развертывания аргументации в «Что такое искусство?», однако здесь оно не отмечено противопоставлением лексем «заражать» и «сообщаться», – скорее оно содержится в самом значении слов «заражение» и «заразительные чувства», используемых на протяжении всего трактата, и указывает на потенциальный центральный конфликт, если не парадокс в рамках эстетической теории Толстого[126]. По сути, семантическое поле, включающее глагол «сообщаться» и родственное ему существительное «общение», рассмотренное выше в контексте поздней повести Толстого «Ходите в свете, пока есть свет», в значительной степени пересекается с семантическим полем «заражения» в «Что такое искусство?». В пятой главе трактата Толстой приводит примеры «чувств», которые, похоже, охватывают весь диапазон от физиологических стимулов до сложных, «окультуренных» и пропозиционально формулируемых психических состояний: