Наикратчайшая история Греции. От мифов к современным реалиям

Со времени, как Венский конгресс подвел черту под Французской революцией и ее кровавыми последствиями, великие державы (Британия, Российская империи, Австрия, а позже и Франция) упорно сопротивлялись демократизации. Байрон и вслед за ним те, кто считал, что революция не закончена, оказались в опасном противостоянии со своими правительствами.

В 1793 г. литератор Ригас Фереос (1757–1798), уроженец Фессалии, отправился в Вену, чтобы просить Наполеона Бонапарта выступить на стороне греков. Там же он обнародовал свой труд «Революционный манифест, или Новый политический строй для народов Румелии, Малой Азии, островов Средиземного моря, Валахии и Молдовы», который включал конституцию, карту современного (на тот момент) грекоязычного содружества и, само собой, военный гимн. Австрийцы арестовали Ригаса и передали туркам, а те недолго думая задушили его и бросили тело в Дунай. Фереоса иногда называют первым мучеником революции, а история его смерти так же неистово призывала к оружию, как и написанная им песня.

Адамантиос Кораис (1748–1843) был радикалом другого типа. Этот знаток древнегреческой литературы и интеллектуал до мозга костей почти всю жизнь провел в Париже, где стал свидетелем ужаса и хаоса революции. Если для Ригаса Великая французская революция была источником вдохновения, то для Кораиса — предупреждением. Он очень интересовался наследием классической Греции и ее языком. В результате на свет появилась кафаревуса — головоломный гибрид древнего и современного языков, который до 1976 г. был официальным в стране и страшным сном школьников.

Изображение Ригаса Фереоса на лицевой стороне банкноты в 200 драхм, выпущенной в период с 1996 по 2001 г.

Кораиса ужасала отсталость жизни материковых греков и необразованность служителей церкви. Он страстно верил, что классическое образование было залогом независимости страны, хотя считал, что не доживет до ее возвращения, и в своих произведениях призывал греков строить школы и библиотеки, необходимые для «возрождения» нации.

И его услышали. К началу XIX в. английский путешественник и дипломат при Али-паше Уильям Мартин Лик уже писал так: «Нет ни одного греческого поселения даже среднего достатка… где не работала бы школа, обучающая детей древнему греческому языку, а часто и основам классического образования».

Последняя вспышка