Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим

Илья Лагутенко: Песня «Забавы» родилась из каких-то воспоминаний о жизни во Владивостоке в начале 1990-х. Время было суровое, очень неспокойное. Тогда у каждого в голове были собственные методики завоевания мира, которое начиналось буквально с соседнего ларька. Соответственно, люди и гуляли так же.

У меня была определенная практика работы в точках общественного питания. Какое-то время в городе Владивостоке я постоял за барной стойкой. Все эти персонажи через меня, скажем так, проходили. Об очень многих событиях я знал не понаслышке. Можете воспринимать песню «Забавы» как реальную историю. У Элтона Джона была такая песня, суть которой: не стреляйте в пианистов. А здесь суть в том, что пианиста все-таки застрелили. У них там «Не стреляйте!» — они и не стреляют. А у нас сначала стреляют, а потом спрашивают: «Что? Не надо было, да?»

Развеселый конец 1980-х перетек в куда менее веселые 1990-е. После 1991 года каждый сам выбирал, как станет жить дальше.

Илья Лагутенко: Распад Советского Союза застал меня в Китайской Народной Республике. Там я проходил практику. Нам было предложено: или можете учиться дальше, но уже на правах китайских студентов, или возвращайтесь домой и делайте что хотите. Я предпочел учиться на правах китайских студентов.

На родину все равно пришлось вернуться, потому что я считал, что надо бы закончить университет. Я вернулся и обнаружил, что как именно ты будешь его заканчивать — это было уже твое личное дело. И зачем ты его будешь заканчивать — тоже. Все в одночасье развалилось, никаких наработанных траекторий не осталось. Раньше ты заканчиваешь университет, и у тебя есть специальность, которую ты можешь применить в жизни. Можешь заниматься внешнеэкономической деятельностью или податься в военные переводчики. А теперь тебе отдавали диплом — и устраивайся как хочешь.

От такой свободы кружилась голова: свободный выбор во всех отраслях собственной жизни. Стипендии платить перестали, и приходилось подрабатывать. Те, кто более или менее знал язык, сразу шли на какую-то работу. Иначе было не выжить.

…

«Китайский» период в истории Ильи Лагутенко освещен значительно меньше, чем все, что было до и после. Официальная биография группы под названием «Правда о мумиях и троллях» описывает это время так: «Илья по-прежнему изучает древние религии, слушает народную музыку, читает в оригинале „Книгу перемен“. По ночам ему снятся китайские императоры, самураи и дряблые курители опиума». Может, во сне оно так и было, хотя Лагутенко человек слишком дотошный, чтобы видеть японских самураев в китайских снах. Во всяком случае, действительность была другой.