Национальная идея и адмирал Колчак

Июльский съезд представителей торговли и промышленности в Омске обозначил в качестве приоритетов освобождение власти от «химер социализма» («Казна оказалась плохим хозяином», – заявил в своей речи председатель съезда С. И. Колокольников) и денационализацию предприятий.^[566] В своих выступлениях сибирские промышленники уделяли особое внимание привлечению иностранных капиталов, необходимому в условиях разрухи.

Развитие промышленности было неотделимо от рабочего вопроса. Наученные печальным опытом Временного правительства 1917 г., кадеты призывали, идя на тактические компромиссы, не жертвовать ради коалиции уступками в принципиальных вопросах и предостерегали от поспешных действий. Так, массовые повышения зарплаты рабочим и служащим, поощрявшиеся из популистских соображений Временным правительством Керенского, а затем и большевиками, усугубили и без того тяжелую ситуацию в экономике. По этому поводу «Свободный край» справедливо замечал: «Страшно вздутая заработная плата не есть еще «завоевание революции», как это многие утверждают, а, наоборот, одна из причин гибели революции».^[567]

С другой стороны, кадеты не покушались на права профсоюзов. За их неприкосновенность высказалось и упомянутое июньское совещание представителей торговли и промышленности.^[568]

Развивая тему соотношения политического и социального в русской революции, «Свободный край» писал: «Наша революция есть, несомненно, революция политическая, но, как всякий великий исторический переворот, она имеет свою социальную сторону, и перед Россией неизбежно встает задача…социальных реформ; но эти опыты социализации должны носить совершенно внеклассовый, государственный характер». Газета подчеркивала ответственность позиции буржуазии: «Русский промышленный класс должен ясно сознать, что организованные рабочие не могут не оказывать воздействия на социальную структуру общества… Изменение социальной структуры общества есть процесс весьма длительный, непосредственно зависящий, с одной стороны, от состояния производительных сил, с другой – от изменений в человеческой психике». И отмечала особую роль человеческого фактора в экономике: «В основе всех перемен в хозяйственном строе… лежит постоянное развитие человеческого духа». Подчеркивая эволюционный характер этого процесса, газета утверждала: «Принудительное водворение Царства Божия на земле всегда несет с собой потоки крови, злобу и взаимные оскорбления».^[569]

Комментируя эти высказывания, можно сказать, что изменения социально-экономической программы кадетов на данном, начальном этапе Гражданской войны носили скорее характер детализации по отдельным текущим проблемам, не затрагивая основ. Так, важнейший для страны аграрный вопрос практически не поднимался. Остальные на тот момент тоже отошли на второй план перед вопросами общей политики и тактики в борьбе с большевиками – вначале за отвоевание территории и организацию правительства, затем – за создание объединенной власти (с претензией на всероссийский уровень) и его условия. Вопросы социальной и экономической политики не стояли в центре внимания кадетских конференций 1918 г., а обсуждались преимущественно в партийной прессе, как и соответствующие мероприятия Временного Сибирского правительства. Больше внимания уделялось им на съездах и совещаниях буржуазии, но и тут преобладали до поры вопросы преодоления элементарной разрухи, вызванной советским экспериментом, финансового обращения, денационализации, регулирования товарного спроса и предложения и т. п. На том этапе они представлялись первоочередными. При их обсуждении как предпринимательский класс, так и кадетская партия проявляли осторожный подход и стремление сочетать меры государственного регулирования и социальной поддержки населения с отказом от практиковавшихся как большевиками, так и умеренными социалистами товарных монополий, твердых цен и т. п. Собственно, такая «неолиберальная» позиция была характерна для кадетов и раньше. Обновление социально-экономической программы в целом происходило уже на следующем этапе.

Глава 9. Выход из тактического тупика

К Октябрьскому перевороту крайне отрицательно отнеслись не только либеральные, но и более левые демократические круги, и это на время сплотило их. Омская городская дума голосовала против него большинством в 38 голосов против 23 при 1 воздержавшемся.^[570] Лидер омских кадетов В. А. Жардецкий выступил главным вдохновителем восстания юнкеров 31 октября – 3 ноября 1917 г., окончившегося неудачей. В организации восстания участвовали видные кадеты Н. И. Лепко (бывший областной комиссар Временного правительства) и Е. П. Березовский (полковник Сибирского казачьего войска). После Октября в Омске бастовали все служащие, кроме медиков, но и те выражали протест (учителя забастовали с опозданием, после разгона Учредительного собрания). Среди инициаторов массовой забастовки были опять же кадеты.^[571]