Nature Morte. Строй произведения и литература Н. Гоголя

Марионетка – чисто ментальная фикция, некое позднее явление тех возможностей, которыми обладали некогда тела античных богов. В античном театре через всю сцену протягивался «невидимый» канат, по которому в самых драматических местах представления должен был двигаться являющийся бог, deus ex machina…

Марионетка ведет свое происхождение из этого полета и идеи сверхбыстроты, она элемент, часть машины, машина. В ней нет никаких подобий человеческого, она не органична, а абстрактна. И если кукла всегда заземлена, фрагмент фона, ожившая часть тяжелой «первоматерии», то марионетка – это воздух, небо, птицы, сияния и полеты, она – противоземное существо.

Марионетка – часть машинного устройства, создающего определенные виды движения, которым актер-мим может подражать, но не в силах ими овладеть.

Марионетка – феномен чистого движения, она промежуточна и лиминальна, она действует на границе, но ничем не-о-граничена в отличие от куклы.

Марионетка отказывается от образа человеческого тела, – то лишь обуза, препятствие для нее, и должно быть преодолено (и преодолевается в новейших репрезентациях: от кинематографа до видео и компьюторной графики).

Марионетка движется, кукла может только перемещаться, она лишена марионеточной сверхбыстроты, но зато имеет тяжесть, точки заземления, место, «свой» дом и род.

Марионетка экс-территориальна, кукла территориальна, она – часть реально-вещного мира.

Марионетка – чисто церебральный продукт, т. е. является частью виртуального, условно-мнимого мира.

Марионетка – это способ производить движения, движения вне тела, чисто произвольные и машинальные, она – кинематический монстр. Если на одном полюсе – марионетка как предел чистого движения, то на другом – кукла, самодостаточное и абсолютно неподвижное бытие, оживающее тогда, когда его касаются.

Марионетка – образ непредставимого, нечеловеческого, сверхбыстрого/сверхмедленного движения; Там, где она активна, нет ни низа, ни верха, ни дали, ни близи; все телесные точки в этом неантропоморфном пространстве устранены. Примеров более чем достаточно. Старый театр теней, призраков, «духов», – театр мистериальный, марионетка «спиритуальна». (Например, попытки фотографировать «человеческие образы» в спиритизме.) Первые зрители кинематографа видели движение теней, призраков, видения и грезы, отраженные на экране, но не имеющие земной плотности. Тем не менее марионетка, несмотря на особенности, отличающие ее от куклы, является элементом в цепи трансформаций образов кукольного/человеческого; речь, возможно, должна идти о протогенезе кукольного из локального (театрального) в мировое представление (информационное).

8

Г. фон Клейст указывал на непростое соотношение между «машинистом» и марионеткой: чтобы начать движение, «машинист должен мысленно перенестись в центр тяжести, т. е., другими словами, танцевать». Однако машинист – не автор, скорее он такая же составная часть общего церемониала движения, как и марионетка. Марионетка отдает себя «в руки Бога». Машинист и марионетка совместно образуют машину по производству движений определенного вида. Эта машина абстрактная, математическая, чьи ритмы действия могут быть строго рассчитаны. Вспомним, насколько Клейст был погружен в технико-математические особенности управления марионеткой, отыскивая решающее условие: «…между движением его (машиниста) пальцев и движениями прикрепленных к ним кукол существует замысловатая взаимосвязь (зависимость), такая же, к примеру, как между числами и их логарифмами или между асимптотой и гиперболой»[307]. Геометрический рисунок движений марионетки описывается Клейстом в причудливой графике двух кривых, пересекающихся в одной точке, которые затем, словно пройдя сквозь бесконечность, вдруг выступают перед нами в другой точке пространства, зеркально отраженной от первой.