Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

Похоже, этот ученик-египтянин был классической жертвой расстройств, связанных с употреблением алкоголя, – так называется алкоголизм в медицинской терминологии. Тоска и беспомощность его бывшего учителя знакомы всем, чьи друзья или возлюбленные вели и проиграли битву с этим заболеванием. Сегодня общемировые показатели алкоголизма составляют от 1,5 до 5 % населения и более, причем различия между странами весьма существенные (рис. 5.1).

Рис. 5.1. Доля населения, страдающего связанными с употреблением алкоголя расстройствами, 2017 г. Алкогольная зависимость определяется, согласно Международной классификации болезней, по наличию трех или более признаков зависимости в течение по меньшей мере одного месяца за предыдущий год. На рисунке представлены стандартизированные по возрасту показатели, что позволяет проводить сравнение по критериям пола, страны и времени (по данным Our World in Data; ourworldindata.org/alcohol-consumption)

В США 15,1 млн взрослых, согласно имеющимся данным, страдают от алкоголизма в той или иной степени, вследствие чего ежегодно умирает (именно от употребления алкоголя) 88 000 человек, а экономические потери составляют $249 млрд. До 10 % детей живут в семьях, где хотя бы один из родителей злоупотребляет алкоголем. Помимо очевидных издержек и страданий вследствие тяжелого алкоголизма, его менее серьезные, но более распространенные формы оказывают устойчивое отрицательное воздействие на наше благополучие. В одном из опросов среди совершеннолетних американцев почти 30 % респондентов (и 36 % мужчин) сообщили, что имели «легкую» форму расстройства, вызванного употреблением алкоголя, характеризующуюся, например, повторяющимися случаями, когда человек выпивает больше, чем планировал, или оказывается не способен прекратить пить, даже если хочет остановиться{469}. Еще более неочевидный вред состоит в том, что у пьющих людей может возникнуть зависимость от спиртного не как средства перехода в измененное состояние, но как необходимого условия поддержания всего лишь базового уровня довольства. По мнению некоторых исследователей зависимости, люди, регулярно употребляющие алкоголь, адаптируются к нему на неврологическом уровне настолько, что должны продолжать выпивать, чтобы просто чувствовать себя «нормально». Привычка к постоянному употреблению наркотиков может привести к ситуации, когда гомеостаз, то есть способность поддерживать психологическую стабильность настроения или аффекта, восстанавливается в патологическом или разрушительном для организма состоянии{470}.

С точки зрения эволюции наша подверженность алкогольной зависимости и злоупотреблению спиртным ставит в тупик. Алкоголь тысячелетиями был обычным элементом человеческих культур, и большинство людей способны соблюдать умеренность в его употреблении. Откуда же берется зависимость? Склонность к алкоголизму имеет выраженно наследственный характер, и, по оценкам некоторых ученых, генетический вклад в вероятность возникновения этого расстройства у человека может достигать 60 %{471}. Конкретные гены, отвечающие за алкоголизм, пока не выявлены, но вероятными кандидатами являются те, что кодируют рецепторы дофамина, особенно потому, что люди с алкогольной зависимостью часто оказываются подверженными и другим типам зависимостей. Похоже, что те, кто склонен к злоупотреблению спиртным, испытывают как усиленное действие начального, эйфорического, эффекта крепких напитков, так и пониженную чувствительность к неприятным последствиям этапа, когда содержание алкоголя в крови меняется по нисходящей{472}. Другое направление изучения алкоголизма, возглавляемое исследователем зависимостей Маркусом Хейлигом, сосредоточилось на генах, связанных с функцией нейротрансмиттера ГАМК в амигдале, центре эмоционального возбуждения и обработки чувства страха. У алкоголиков, как крыс, так и людей, наблюдается аномально низкая активность ГАМК в амигдале, из чего следует, что развитию алкоголизма может благоприятствовать генетически ослабленная способность переносить негативное возбуждение или стресс{473}.

Независимо от первопричины, факт остается фактом: до 15 % человеческой популяции может быть предрасположено к тяжелому алкоголизму, хотя не все из этих людей действительно станут алкоголиками. С учетом длительности сосуществования человечества и алкоголя это поистине странно. Алкоголизм чрезвычайно разрушителен и дезадаптивен. Почему же тогда обусловливающие его возникновение гены не были удалены из человеческого генофонда? Казалось бы, в любом уголке мира, где доступен алкоголь, должно существовать сильное давление естественного отбора, действующее против этих генов. Другой фрагмент этой головоломки – значительные межстрановые различия в показателях алкоголизма, представленных на рис. 5.1. Почему Италия находится внизу мирового антирейтинга, несмотря на массовое употребление вкуснейших спиртных напитков (как людьми, так и лемурами), а Россия наверху?