Неидеальные или Блогеры тоже плачут. 33 истории о том, как потерять миллионы, разорить бизнес, застрять в абьюзивных отношениях и выжить

Здесь должен быть эпилог о том, как прекрасен этот мир, когда ты делаешь шаг в сторону своей мечты. Но нет. Мне тридцать лет, и я только учусь выбирать себя. Стараюсь выключать синдром самозванца и оглядываться на свой бэкграунд: копирайтер у крупных инфлюенсеров онлайн-рынка, редактор в международной компании по продвижению личностей, копирайтер-стратег больших проектов. Я учусь находить баланс и ценить то время, что мне дано.

Если пришло решение менять свою жизнь кардинально, не слушайте тех, кто говорит, что вы будете наслаждаться каждой секундой. Нет. Трансформация – это нелегко. Вам придется расстаться с укоренившимися привычками, выйти за пределы обычной картины мира. Надо будет много работать над собой, чтобы любимая «стабильность» не затянула вас обратно, пока будете вытаптывать новую тропинку.

Стоит ли оно того? Несомненно. Выбирать себя, движение и жизнь, не размазанную за бортом карусели.

Ведь за ее пределами все только начинается.

Навешанные ярлыки Анна Седельникова

 mrs.sedelnikova.anna

Один человек сказал мне фразу, которая не выходит из головы:

– Хватит ходить годами к терапевту, каждую неделю вынимая из кармана по пять тысяч рублей. На самом деле мы все – поломанные личности.

Да, мы все поломанные личности. И я в том числе.

* * *

Оглядываясь, вижу свое непростое детство. Нелегким оно было именно ментально и психологически. Если бы меня попросили описать его двумя словами, ответ был бы простым.

Тотальное одиночество.

Как это выглядело снаружи: полная семья, родители, дающие самостоятельность. С маленькой Аней было легко: чем-то занимается сама, не напрягает родителей. Я разглядывала картинки в книжках, придумывала игры, где отыгрывала роль всех действующих персонажей сама. Иногда видела в фильмах, как весело можно играть с родителями. Но этого в своей семье найти не смогла: у мамы на первом месте стояли иные вещи. Родители не посещали школьные собрания и не сопровождали в поликлинику, когда я заболевала. Отчетливо помню удивленные взгляды врачей, когда девочка с самым серьезным видом самостоятельно приходила на прием и просила выписать рецепт.

Мое одиночество сопровождалось безумным чувством вины, которое я еще долго несла и во взрослой жизни. Однажды мне вручили список продуктов и отправили в магазин. В тот момент был завоз: яблоки, колбасы и прочие гастрономические удовольствия. Я купила больше, чем того требовал список, ведь в нашей семье никогда не было проблем с финансами, и, вернувшись домой, попала под разъяренный огонь матери.

– Ты сейчас вернешься и сдашь все, что накупила!

Еще одним ярким моментом, крепко полоснувшим по моей памяти, стало извинение перед учительницей.

В эмоциональном плане мне всегда была ближе бабушка. Я считала дни, когда смогу отправиться к ней в гости, в такой уютный, теплый дом, где меня всегда ждали с объятиями. Конец учебного года, я с отличием завершаю первый класс. Попросила у учительницы разрешения не посещать занятия в последнюю неделю, а маме доложила, что учеба закончилась раньше – настолько сильным было детское желание вырваться из того, что меня окружало. Узнав про то, что я ей солгала, мама заставила идти меня к учительнице домой и произнести фразу «Я виновата. Я вам соврала».

Оба этих случая надолго поселили во мне жуткое чувство стыда.

Одиночество, вина и стыд – их отравляющая смесь проникла мне под кожу и не давала свободы еще долгое время.

– Хочу быть доктором, – как-то в старших классах начала разговор я. В ответ получила лишь короткое, но четкое «нет». Объясняла решение моя семья тем, что я не потяну: читаю мало, гуляю много. Не настолько умна и образована, чтобы идти в медицину.

Гораздо позднее, когда в моей жизни появилась психология, я начала понимать: все, что сегодня есть в нашей жизни, – это причинно-следственная связь. Если у тебя поднимается температура, появляется кашель и льет из носа, ты не будешь лечить симптом. А бросишь все силы на борьбу с вирусом. Потому что именно он – причина твоего сегодняшнего состояния.

Именно поэтому, когда спрашивают, зачем я заглядываю в детство человека, спокойно отвечаю: все истории, все паттерны поведения мы несем из ранних лет во взрослую жизнь. То, что человек совершает это на бессознательном уровне, еще не значит, что он не повторяет раз за разом один и тот же сценарий. Взрослым людям кажется, будто они умные и могут закрыть двери прошлого. Но мало кто понимает: день за днем в разных действиях мы проживаем одно и то же.