Мой подлинный интерес простирается за пределы моего профиля личности (или отсутствия такового) к более широкому вопросу о важности реалистичной обратной связи для всех игроков конкретных бизнес-экосистем. Принимая во внимание мои прошлые исследования, я буду чувствовать себя комфортно, изучая эту тему в условиях лаборатории, где все находится под контролем. Но я не могу нанять маленьких крыс-служащих и менеджеров и изучать их неврологические реакции на итоговый баланс или кризис в управлении в условиях контролируемой лабораторной среды. Или могу? Я попробовала провести своего рода тренинг на рабочем месте, обучая крыс «работать» за фруктовые колечки, и, как я уже писала, обнаружила, что эта работа приносит нейробиологическую пользу. Результаты такого «карьерного» обучения дают основания предполагать, что подобная работа способствует росту чувства самоэффективности или самостоятельности. Хотя полученные нами данные о крысиных успехах выглядят интересно, я не уверена, что эта история заинтересует журнал Harvard Business Review… Пока!
Чтобы понять, необходимо ли бизнесмену избегать возникновения мозговых пузырей, я расширила рамки лабораторных наблюдений до исследований с участием людей. Кроме того, мы изучили множество случаев и научных статей, чтобы получить более полную информационную картину и помочь людям добиться успеха в бизнесе.
В начале 30-х годов прошлого века, когда еще совсем молодой Харвуд Кокрейн доставлял молоко в Ричмондский клуб джентльменов, он и представить не мог, что однажды войдет в это закрытое сообщество через парадный вход. Такая перемена случится благодаря колоссальному состоянию, которое Кокрейн наживет собственным трудом. Как же этот человек смог добиться успеха, когда его накануне выпускного исключили из школы за то, что он ударил директора? Его первый рабочий опыт тоже оказался неудачным: устроившись автомехаником, Харвуд недолго проработал в мастерской и был уволен, потому что бесплатно оказал знакомому услугу[306].
В конце концов юноша стал заниматься доставкой молока и льда. Будучи не отягощенным строгими принципами, он мог запросто выпить бутылку молока, если у него не было денег на обед, а потом сказать боссу, что бутылка разбилась. Работа с обедами «все включено» стала началом путешествия Харвуда в мир бизнеса[307].
В этих молочных поездках Харвуд понял, как важна своевременная доставка, и решил расширить ассортимент доставляемых товаров. Они с братом подкопили денег, купили несколько грузовиков и решили доставлять товары быстрее, чем это делал основной перевозчик того времени – железная дорога. Несмотря на ужасные дороги, нехватку механиков и отсутствие парковок для большегрузов, машины все же оказались более гибким и быстрым средством доставки, чем поезд, тем более что время было главным фактором в этом соревновании. Быстрые доставки означали более оперативные расчеты. Вначале Харвуд развозил товары для дома и удобрения и даже вывозил жителей Ричмонда на прогулки[308].
Несколько лет спустя он расширил дело и начал доставлять сахар и планшеты (бумажные, не компьютерные) по всему Восточному побережью. В те времена жизнь водителя грузовика мало отличалась от жизни ковбоя и была лишена элементарных удобств; никто не знал, где будет ночлег или перекус, а плохие дороги заставляли быть готовыми к поломкам. Харвуд и другие водители возили инструменты с собой, чтобы самостоятельно устранять неисправности: шины, оси, аккумуляторы… Профессия требовала огромного опыта в деле ремонта машин. Во время одной поездки, из Роанока в Бристоль, Виргиния, водителям пришлось форсировать реку. Эти полные приключений первые перевозки омрачались постоянными трудностями, неудачами и разочарованиями. Однако Харвуд не отступал от цели и, несмотря на сложности, вовремя доставлял товар покупателю. С самого начала было ясно, что Харвуд – парень, нацеленный на результат[309].
Накопленный опыт Кокрейна позволил ему в 1935 году открыть собственную компанию – Overnite Transportation. По-видимому, в то время уже существовала компания с похожим названием Overnight Transportation, поэтому он слегка изменил правописание.
В предыдущей главе мы говорили об эмоциональной депрессии, но для Харвуда огромным вызовом стала Великая экономическая депрессия, время мало подходило для начала нового бизнеса. Но это не обеспокоило Кокрейна, поскольку он относился к всеобщему экономическому спаду как к очередной дорожной колдобине[310].