Нейробиология здравого смысла. Правила выживания и процветания в мире, полном неопределенностей

Я не первый ученый, занимающийся изучением поведения, который разочаровался в так называемых обученных, точнее, дрессированных животных. Исключения из правил бихевиоризма Скиннера были описаны в известной статье двух его бывших аспирантов – Келлера и Мэрион Бреланд, которые к тому моменту уже поженились[38]. Дрессируя животных для рекламных роликов и других развлекательных мероприятий и используя оперантное обусловливание Скиннера, они выяснили, что оно не всегда сохранялось. Келлер и Мэрион думали, что для рекламного ролика они хорошо выдрессировали енотов класть монеты в копилку, пока еноты не стали «купать» монеты в мисках, словно стирая их, перед тем как опустить в копилку. Решив, что такой трюк будет «круче» выглядеть, если монеты в копилку в виде свиньи будут бросать поросята, супруги обучили и свинок этому фокусу. Вот только после успешной демонстрации желаемого поведения поросята, как и еноты, добавили свою деталь. Нет, они не «купали» монеты, они катали их по полу. Подобные накладки в обучении зоопсихологи и этологи считают инстинктивными отклонениями: в природе еноты, прежде чем съесть что-то, полощут еду в воде, а свиньи роют пятачком землю. Это была битва поведений!

Некоторые животные реагировали, даже если вызывающий реакцию очевидный стимул отсутствовал. Чем объясняется приступ активности у щенка, который один заперт в комнате? Почему ребенок, который тихо сидит на заднем сиденье автомобиля, вдруг начинает напевать песенку собственного сочинения? На что могли среагировать щенок и ребенок? Что могло послужить стимулом для подобной реакции? Почему ребенок демонстрирует поведение (поет импровизированную песню), с которым никогда не сталкивался? По мнению ученых, изучающих поведение, подобные реакции – результат обучения и тренировок. Можно ли научить создавать новую форму поведения? Возможно. Недавно я со своими студентами, изучающими сравнительное поведение животных, посетила Центр исследования дельфинов в Грасси-Ки во Флориде, где меня очень удивили дрессировщики, которые рассказали, что научили своих подопечных выполнять новый трюк всякий раз, когда они рукой подавали сигнал вводить новшества. Можно ли формировать инновации и обучать им? Каким бы ни был ответ, очевидно одно: такие наблюдения будут затруднять задачу для бихевиористов, придерживающихся крайних взглядов. Классическое, или оперантное, обусловливание не всегда может объяснить, как именно мы отреагируем на стимул, даже если научились формировать новые реакции.

В известном исследовании, задуманном для демонстрации неожиданного возникновения инсайта, или озарения, в поведении животного, немецкий психолог Вольфганг Кёлер создал новый проблемный сценарий, чтобы выяснить, могут ли шимпанзе решить поставленную задачу без предварительного обучения[39]. Он помещал их в клетку и подвешивал наверху банан, до которого обезьяна не могла дотянуться. В клетку помещались также ящики и длинная палка. Обезьяна довольно быстро понимала, что надо определенным образом поставить ящики, забраться на них и палкой сбить банан – так сообразительный шимпанзе произвел сенсацию в поведенческой психологии. Но этот пример не идет в сравнение с Маком Гивером – персонажем телесериала 1980-х годов, который неделями спасал собственную жизнь и жизни других. Нужно обезвредить бомбу с помощью бечевки и пластилина? Нет проблем! Хотя бихевиористы, работающие в лабораториях, очень любили диаграммы и таблицы своих обучающих программ, становилось ясно, что поведение не всегда следует правилам.

Хотя было непонятно, появлялись ли новые реакции в результате обучения, но было понятно одно: они точно стали результатом деятельности мозга. Соглашусь с Карлом Лешли: пусть инструменты исследователя были в то время довольно примитивными, работа мозга все равно должна была учитываться в формулах бихевиоризма. Пожалуй, только Иван Павлов был исключением, он уже тогда утверждал, что большие полушария головного мозга отвечают за комплексное поведение[40]. Еще надо учитывать, что попытки первых бихевиористов понять предсказуемое поведение животных увели их в неправильном направлении. Если принять, что поведение предсказуемое и негибкое, как показали данные ранних исследований поведения, то мы были бы крайне ограничены в выборе образа жизни, не смогли бы реагировать на новые вызовы или переключаться на более привлекательные жизненные сценарии. Жизнь предоставляет нам множественные контингенции, а не одну кнопку выбора.