Неожиданная правда о животных. Муравей-тунеядец, влюбленный бегемот, феминистка гиена и другие дикие истории из дикой природы

Одному из древних авторов, некоему святому Василию (Divus Basilius), приписывают такую фразу: «По природе летучая мышь – кровная родственница дьявола»[251]. В таком отношении к летучим мышам отчасти повинны их физические качества. Устройство тел, конечностей и морд в сочетании с глазами, направленными вперед, и зубастыми улыбками одновременно пугающе похоже на человеческое, но в то же время решительно бесчеловечное. Когда художники начали изображать дьявола с крыльями, то есть похожим на летучую мышь, – как в знаменитом Дантовом аду, – отрицательный брендинг завершился.

И положение летучих мышей не улучшилось от того, что средневековые книги по естественной истории были написаны религиозными мужами, которые относились к «непонятной» природе летающих зверьков с подозрением. Британский священник и натуралист Эдвард Топселл, живший уже в XVII веке, счел себя обязанным включить этих девиантных крылатых созданий в свою книгу о птицах «Птицы небесные» (The Fowles of Heaven). Отказ летучих мышей подстраиваться под образ своих ангелоподобных птичьих кузенов сильно напугал священника. Его особенно тревожили явно не птичьи груди, зубы и любовь к темноте этих мелких млекопитающих, что вызывало всевозможные сатанинские сравнения. Топселл иллюстрировал свои сомнения рисунками странных сисястых зверюг с широкими злобными ухмылками. В заключительном примечании он обвинил этих блудных птиц в том, что они выпивают масло из его церковных ламп.

Летучие мыши из «Птиц небесных» Топселла (1613) приобрели отчетливо дьявольский вид с выпяченными нептичьими грудями и зубищами

По мере движения науки к Просвещению биологи продолжали озадачиваться ненормальной анатомией летучих мышей, которая не поддавалась классификации. Великолепный Жорж-Луи Леклерк, граф де Бюффон, дал летучей мыши соответствующее убойное описание в своей энциклопедии. «Такое животное, как летучая мышь, которое наполовину четвероногое, а наполовину птица и которое в целом ни то ни другое, должно быть чудовищным существом, – сказал он. – Это несовершенное четвероногое и еще более несовершенная птица. У четвероногого должно быть четыре ноги, а у птицы должны быть перья и крылья»[252]. Бюффона также оскорбляли нижние части тела летучих мышей, которые казались заимствованными у других видов, может, даже – какой ужас! – у его собственного. «Пенис, болтающийся и свободный, – объявил он, – присущ человеку [и] обезьянам»[253].

Как и граф, я несколько ошалела, первый раз увидев пенис летучей мыши. Это было лет десять назад, в отдаленном районе Перуанской Амазонии, где я присоединилась к доктору Адриану Техедору, кубинскому специалисту по рукокрылым: мы ставили паутинные сетки на летучих мышей. Сначала надо было развернуть очень большую и очень тонкую сетку типа бадминтонной, а потом ждать, как пауки, чтобы в нее попали летучие мыши (сетка такая тонкая, что они не могут ее засечь). Мы сидели несколько часов в темном липком мраке ночи, выключив фонарики, чтобы не спугнуть мышей, упражняясь в борьбе со скукой, как ленивцы, – хотя я припоминаю, что развлекалась, глядя на сюрреалистическое свечение гриба, который напоминал собой нечто, что можно было в детстве прилеплять на стенку.

Первый гость, влетевший в сетку, был длиннолистый копьенос. Адриан был взволнован: он не встречал представителей этого вида девять лет. А я была взволнована размерами пениса копьеноса, который свисал почти до мышиных колен и нарушал все мои представления об аэродинамике. Адриан легкомысленно сообщил мне, что «длина пениса у млекопитающих вроде бы коррелирует со степенью промискуитета у самок». Значит, дамы длиннолистых копьеносов должны быть абсолютными шлюхами, поскольку самцы знамениты своими особо длинными пенисами. Чем длиннее пенис, тем глубже они могут загнать сперму в самку, давая преимущество своему семени над таковым у романтических соперников.

Поскольку мое первое свидание состоялось с Дирком Дигглером [254] среди летучих мышей, я думала, что у меня слегка искаженное представление об их гениталиях. Но работа другого специалиста по летучим мышам, доктора Кейт Джонс, профессора экологии и биоразнообразия в Университетском колледже Лондона, открыла мне, что у некоторых мышей есть не только свободно болтающиеся пенисы, но еще и здоровенные семенники в комплекте. В войне полов повышение производства спермы может быть еще одной полезной тактикой для самцов, пытающихся перехитрить очень неразборчивых самок – особенно тех, которые, как многие летучие мыши, исхитряются запасать сперму внутри себя.