Несломленный. Находим силы, падая в бездну. Практики исцеления для тех, кто пережил психологическую травму

В основе этого понятия лежит идея о том, что одна из ключевых составляющих травмы – ощущение того, что либо ты сам потерпел моральный провал[17], либо

тебя подвели твои смысловые и моральные опоры.

Вторая ситуация – когда нас подводят собственные моральные опоры – применима к любому травмирующему переживанию. По сути, это основа раны, которую наносит травма. Подумайте об этом вот с какой точки зрения: независимо от духовной жизни и убеждений, у всех нас есть набор представлений о том, как устроен мир. Эти представления охватывают как самые важные вещи, так и самые обыденные. Они помогают нам упорядочивать мир, чтобы он не казался таким хаотичным. Они в какой-то степени составляют нашу картину мира. Например, мы знаем, что за понедельником идет вторник. Подоходный налог в США нужно уплатить до 15 апреля. Курение вредно для здоровья. Плохое случается только с плохими людьми. Каждый получает по заслугам. Мы все в конце концов умрем.

Кроме того, вы действуете в соответствии с набором представлений, которые соответствуют обстоятельствам лично вашей

жизни. Собаку все время тошнит на ковер, а не на кафель. Мусоровоз приезжает в четверг и шумит в 05:45 утра. Ваш младший ребенок хитрит больше всех. Если муж утром уходит на работу, значит, он вернется к ужину.

Такие небольшие убеждения и допущения служат указателями на нашей карте мира. Мы начинаем составлять эту карту в тот день, когда появляемся на свет, а затем постепенно ее дополняем. Когда мы узнаем что-нибудь важное – котята царапаются, а огонь обжигает, – мы ставим на карте указатель. Когда размеры карты и количество меток позволяют нам легко ориентироваться в окружающем мире, мы вставляем ее в рамку и вешаем на стену. Когда мы чувствуем, что потерялись, запутались или оказались в открытом море, то указатели на карте помогают нам сориентироваться, заземлиться и вернуть себе контроль над ситуацией. Каждый раз, когда находится доказательство наших представлений, нам становится спокойно. Это значит, мы правильно расставили указатели.

Однако, когда мир нашим ожиданиям не соответствует, возникает проблема. В один прекрасный день муж уходит на работу и к ужину не приходит – он вообще больше не возвращается. Тогда наша карта в красивой аккуратной рамке падает на пол и разлетается на тысячи клочков. Нам приходится мириться с потерей

и что-то делать со своей разорванной картой.

Когда карта рвется – это и есть моральный ущерб. Под воздействием травмирующего переживания разрушаются смысловые и моральные опоры, и окружающий мир вообще теряет всякий смысл. Под сомнение подпадает не одно убеждение, не один отдельный указатель, а вся эта дурацкая карта. Как жить дальше, если оказалось, что плохое случается не только

с плохими людьми? И хотя в основном мы пользуемся картой неосознанно, когда указатели пропадают на глазах, мы явственно ощущаем их важность. Они ведут нас по жизни, мы на них ориентируемся. Без них мы заблудимся и пропадем. Когда они исчезают, мы вынуждены пересматривать свои убеждения и создавать новые. А травма зачастую показывает, что большинство из них – лишь выдумка, их не существует в реальности. Тем не менее, именно благодаря им мы ориентируемся в окружающем мире.

Когда Малкольм и глазом не моргнув рассказал мне о бойцовском клубе, я просто остолбенела. Я старалась не подать виду, насколько меня это ошеломило. Мне очень хотелось помочь ему понять, что и зачем он на самом деле делает и почему бойцовский клуб так расстроил его жену. Возможно, проблема заключалась не в том, что она не понимала, что происходит, а как раз наоборот. Мне хотелось помочь Малкольму найти другой способ выплеснуть адреналин, другой способ избавиться от стыда – а лучше и то и другое.

С медицинской точки зрения у морального ущерба есть три признака. Во-первых, самообвинение. Малкольм винил себя в том, что остался в живых. Не было ни единого доказательства того, что он подвел кого-то из сослуживцев, однако он часто об этом задумывался. Телесные повреждения помогали Малкольму избавиться от чувства вины и найти смысл в том, что ему удалось выжить. Если он жив, но при этом постоянно страдает от синяков и ран, то весы немножко выравниваются.