Читаем Никита Хрущев. Вождь вне системы полностью

К лету 1940 года, после проведения основных массовых репрессий, Сталин опять проявил себя «отцом народов» по примеру послаблений после Большого террора. 3 июля синим и красным карандашом он набросал черновик телеграммы секретарю Львовского обкома Грищуку (копия секретарям ЦК компартии Украины Хрущеву и Бурмистенко): «До ЦК ВКП(б) дошли сведения, что органы власти во Львове допускают перегибы в отношении польского населения, не оказывают помощи польским беженцам, стесняют польский язык, не принимают поляков на работу, ввиду чего поляки вынуждены выдавать себя за украинцев… ЦК ВКП(б) предлагает вам за вашей личной ответственностью незамедлительно ликвидировать эти… перегибы и принять меры к установлению братских отношений между украинскими и польскими трудящимися. Советую вам созвать небольшое совещание из лучших польских людей, узнать у них о жалобах на перегибы… и потом учесть их при выработке мер улучшения отношений с поляками»[127].

Вождь умел выступать арбитром. Следуя новому политическому повороту, 2 ноября украинское Политбюро приняло постановление «о фактах неправильного отношения к бывшим членам КП Польши», а партийные органы западных областей обязались преодолеть «огульное политическое недоверие к бывшим членам КП, более активно привлекать их к общественной работе»[128].


Шифротелеграмма Н. С. Хрущева И. В. Сталину о расстреле группы крестьян, пытавшихся бежать в Румынию из приграничных районов

2 апреля 1941

[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 59. Л. 7]


Ответ И. В. Сталина Н. С. Хрущеву о плохой работе в приграничных районах с Румынией

2 апреля 1941

[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 59. Л. 5]


В апреле 1941 года Хрущев получил от Сталина похожую записку относительно проблем с румынскими крестьянами на границе с Украиной. Годом раньше Румыния «мирно» передала УССР Северную Буковину, где в основном жили украинцы, но бывшие румынские территории от любви к Советскому Союзу тоже не страдали. Многие хотели бежать за границу. Сталин писал: «Из Вашего сообщения не видно, какова национальная принадлежность крестьян, желавших уйти в Румынию, есть ли среди них украинцы, какой процент? Вообще из Вашего сообщения видно, что работа у Вас в приграничных районах идет из рук вон плохо. Стрелять в людей конечно можно, но стрельба не главный метод нашей работы»[129]. Хрущев сообщал, что крестьяне в Черновицкой области требовали отправки в Румынию; сначала собрание было мирным, но после подстрекательства «кулаками и гардистами [Garda de Fier — румынская партия ультранационалистов]… толпа в 500–600 человек пыталась прорваться в Румынию. Пограничники открыли огонь»[130].

И все же у Хрущева в республике была хорошая репутация. Не зря Сталин называл его «народником». Его имя присваивали колхозам и даже его альма-матер — Донецкому индустриальному институту, бывшему Горному техникуму им. товарища Артема. Практика официального возвеличивания вождей была широко распространена в СССР — их имена все время чему-нибудь присваивали — но и пустяковой эта честь не была.

Утром 22 июня 1941 года украинский начальник должен был присутствовать на переименовании в честь себя главного, республиканского, стадиона в Киеве. Раньше он был им. Троцкого, потом Косиора, а теперь — Н. С. Хрущева. Но в тот день стало не до спорта, началась война.

<p>Глава 4</p><p>Военный комиссар</p>

К людям он относился, как Бог, который их сотворил, относился покровительственно-пренебрежительно. Бог сотворил первого человека из глины, как нас учили в детстве согласно Библии. Поэтому какое же уважение может быть к глине? Сталин говорил, что народ — навоз, бесформенная масса, которая идет за сильным. Вот он и показывал эту силу, уничтожая все, что могло давать какую-то пищу истинному пониманию событий, толковым рассуждениям, которые противоречили бы его точке зрения. В этом и заключалась трагедия СССР.

Хрущев Н. С. Время. Люди. Власть
Операция «Барбаросса». Киев и первые потери войны. Куйбышевская эвакуация. Потеря Харькова и трубка Сталина. Сталинград. Леонид Хрущев на войне и мифы о нем после войны. Гибель сына. Освобождение Украины. Начало антисталинского прозрения.
Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже