Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым

Глава IX Исполнитель генерального плана

Я планов наших люблю громадьё…В.В. Маяковский, поэма «Хорошо!»

Декрет Совета Народных Комиссаров от 12 апреля 1918 года, начинавшийся словами: «В ознаменование великого переворота, преобразившего Россию, постановляет: «Памятники, воздвигнутые в честь царей и их слуг и не представляющие интереса ни с исторической, ни с художественной стороны, подлежат снятию с площадей и улиц и частью перенесению в склады, частью использованию утилитарного характера».

Архитектор советской поры Б.М. Иофан писал: «Шёл 1928 год. Храм Христа Спасителя ещё стоял посередине огромной площади у Москвы-реки. Большой и грузный, сверкающий своей позолоченной главой, похожий одновременно на кулич и на самовар, он давил на окружающие его дома и на сознание людей своей казённой, сухой, бездушной архитектурой, отражая собой бездарный строй российского самодержавия «высокопоставленных» строителей, создавших это помещичье-купеческое капище – Пролетарская революция смело заносит руку над этим грузным архитектурным сооружением, как бы символизирующим силу и вкусы господ старой Москвы».

16 июня 1931 года на заседании комитета по делам культов при Президиуме ВЦИК принимается резолюция: «Ввиду отвода участка, на котором расположен храм Христа Спасителя, под постройку Дворца Советов, указанный храм ликвидировать и снести. Поручить Президиуму Мособлисполкома ликвидацию (закрытие) храма произвести в декадный срок и представить общине верующих и Синоду соответствующее помещение. Ходатайство хозяйственного отдела ОГПУ о смывке золота и ходатайство строительства Дворца Советов о передаче строительного материала внести на рассмотрение секретариата ВЦИК».

Прощай, Хранитель русской славы,Великолепный храм Христа,Наш великан золотоглавый,Что над столицею блистал…

Такие строки, оплакивая участь храма, написал поэт Николай Арнольд.

На месте взорванного храма Христа Спасителя

А другой, советского покроя сочинитель Демьян Бедный, приветствовал снос храма, который был построен в честь победы русского народа в Отечественной войне 1812 года.

Под ломами рабочих превращается в сорБезобразнейший храм, нестерпимый позор.

На месте взорванного храма предполагалось возвести огромный Дворец Советов. В 1931 году проводился конкурс на лучший проект Дворца. Из всех представленных предпочтение было отдано проекту того самого Б.М. Иофана, который истерично требовал сноса главного храма столицы. Теперь уже его Дворец Советов должен был стать главным зданием в центре Москвы. Это должен быть символ победы над старым миром. Это не только общественное пространство, но и памятник Ленину, который будет венчать здание высотой аж 420 метров.

Проект здания Дворца Советов

Это нелепое по своим масштабам сооружение, верхние ярусы которого и памятник Ленину постоянно тонули бы в облаках, уже начали было строить и наверняка, невзирая на колоссальные материальные, физические и нравственные жертвы, построили бы, если бы не помешала война. Силы народа и материальные ресурсы требовались для защиты Родины.

Всего в 1917 году на территории Москвы (в границах 1960 года) насчитывалось 848 храмов. В 1991 году имелись 171 действующий и 263 закрытых. Уничтожено было около 400 храмов.

В 1933 году было издано Постановление ВЦИК СНК РСФСР «Об охране исторических памятников», где говорилось: «В связи с нарушением со стороны местных органов власти действующего законодательства об охране памятников революции, искусства и культуры (самовольная сломка и переделка памятников, небрежное использование зданий, имеющих историческое значение), ВЦИК и СНК постановляют:

1. Запретить сломку, переделку и использование исторических памятников государственного значения (памятники революционного движения, крепостные сооружения, дворцы, дома, связанные с историческими событиями и лицами, монастыри и церкви и другие здания), а также ликвидацию музейных предметов, имеющих историко-художественное значение и находящихся в зданиях, подлежащих государственной охране, без разрешения Комитета по охране памятников при Президиуме ВЦИК, а в отношении памятников, имеющих местное значение, – без разрешения НКПросов АССР или краевых, областных отделов народного образования».

Но никого ничто не остановило. Разрешение на снос церкви, к примеру, Моссовет испрашивал у самого себя… Случалось, транспортный отдел требовал снос, так как сооружение мешало развитию «трамвайного движения». Строительный отдел с этим соглашался.

Именно в эти годы усилилось партийное давление на деятельность советских органов. Секретари МГК ВКП(б) – сначала Л.М. Каганович, затем Н.С. Хрущёв – стали подлинными «партгубернаторами» столицы, оказывая решающее влияние на политику Моссовета и его исполкома.