Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина

Из воспоминаний Ю. А. Пантелеева:

Члены Политбюро… прошли в кабинет И. В. Сталина, и через пару минут туда пригласили меня. Почти у входных дверей мне предложили сесть. Я оглядел комнату и узнал всех членов Политбюро, сидевших за большим столом. У большой кафельной печки, прислонясь к ней спиной и опершись руками на спинку стула, в очень возбужденном, как мне показалось, состоянии во весь рост величественно стоял наш нарком ВМФ. Я смотрел на него и ожидал, что он объяснит мне причину моего здесь присутствия, но Николай Герасимович на меня даже не взглянул. А мне посыпалось много самых различных вопросов о моей службе на флоте и бывал ли я на Волге. Я ответил, что Волги я в глаза не видел и никогда по ней не плавал. После этих моих слов взоры всех членов Политбюро обратились к стоявшему наркому ВМФ Н. Г. Кузнецову. Помню, кто-то спросил: «Кузнецов, как же так?» Тут Николай Герасимович как-то еще больше выпрямился, на шаг отошел от печки, строго обвел всех глазами и громко, но спокойным тоном заявил: «Я уже докладывал товарищу Сталину, что „рекаков“ у меня нет, а любой опытный моряк-адмирал, уже воевавший, безусловно, справится с флотилией, и я предлагаю утвердить командующим Волжской военной флотилией контр-адмирала Пантелеева». Наступила гнетущая для меня пауза. Николай Герасимович вновь прислонился к печке и ни на кого не смотрел. Мне предложили выйти в приемную. Что еще говорил Николай Герасимович, я не знаю, но вышел он из кабинета в бодром настроении, краска с лица сошла, он приветливо улыбнулся мне и коротко сказал одно слово: «Поехали». И только в машине, обернувшись ко мне, он уже спокойным тоном произнес: «Ну, Пантелеев, поздравляю, вас утвердили в должности командующего Волжской флотилией, не подведите…»[57]

В Сталинград Кузнецов вылетел 8 мая вместе в З. А. Шашковым и новым командующим флотилией. Началась немедленная реорганизация флотилии. По приказу Кузнецова была дополнительно организована противоминная оборона Волги и Волго-Каспийского канала, состоявшая из бригады траления и многочисленных постов наблюдения на берегу, которые засекали места выставления мин немецкими самолетами. Кроме этого, было сформировано управление старшего морского начальника для руководства движением конвоев, шедших вдоль восточного побережья Каспийского моря. Немедленно началось и интенсивное траление Волги.

Помимо всего прочего, флотилия была значительно усилена технически. Кузнецов вызвал из Москвы начальников минно-торпедного и технического управлений, а также управлений связи и противовоздушной обороны. Они прилетели с необходимым военно-техническим оборудованием.

Продвижение нефтяных барж, следовавших по Волге из Астрахани в Саратов на нефтеперегонный завод, лично контролировали Микоян и Кузнецов. Горючее требовалось армии, авиации и флоту, без него нельзя было начать генеральное летнее наступление 1943 года.