Новая мужественность. Откровенный разговор о силе и уязвимости, сексе и браке, работе и жизни

У каждого из нас превращение в отца происходит по-своему, и всякий опыт кардинально отличается от другого. Я знаю мужчин, которые вовсе не меняются с рождением ребенка и продолжают идти по жизни как раньше, и знаю мужчин, которые с головой ныряют в отцовство и, кажется, делают все возможное, чтобы подготовить себя к нему. Есть мужчины, которые не хотят вносить коррективы в свой стиль жизни и не видят себя в роли отца. Есть мужчины, которые несчастливы в браке или в другом союзе и считают, что рождение детей «все исправит», — ровно до того момента, пока не осознают, что это так не работает. Есть мужчины, которые становятся отцами для детей других мужчин; они проявляют себя так, как мало кто может, и растят их словно родных. И конечно, есть мужчины, которые думают, что хотят быть отцами, а потом, когда их ребенок приходит в мир, понимают: они еще не готовы и напуганы. Последний вариант встречается намного чаще, и в нем, похоже, скрывается истина о том, что это такое в действительности — «готовность» стать отцом. К сожалению, метод измерения готовности к отцовству — тот же самый, при помощи которого мы измеряем мужественность. Достаточно ли всего мы сделали? Достаточно ли у нас денег? Достаточно ли крепко мы стоим на ногах? В достаточной ли мере мы обеспечиваем семью? Достаточно ли мы полноценны как мужчины? Разговор именно об этом состоялся у меня с одним моим хорошим другом всего несколько недель назад; несмотря на то что его жена хотела и предложила родить ребенка, он в сорок лет все еще не чувствовал себя готовым к этому, так как его карьера висела на волоске и они не имели своего дома и финансовой подушки. Нам, мужчинам, внушают: если мы неспособны обеспечить семью, точно ли мы мужчины? Одна лишь возможность столкнуться с финансовыми затруднениями и не суметь обеспечить партнера и детей — весомый повод для того, чтобы ввергнуть большинство мужчин в состояние паралича и заставить воздержаться от деторождения. Но, как мы уже обсуждали, эти ложные внешние установки не всегда являются правильными ориентирами.

ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ ТЕСТ НА БЕРЕМЕННОСТЬ

Это был октябрь 2014 года. Я всегда хотел стать отцом, но, когда мне исполнилось тридцать, я больше фокусировался на своей карьере, чем на рождении новой жизни. Будучи женатыми всего около года, мы с Эмили только начали привыкать друг к другу и к целому новому миру семейной жизни. Мы недавно арендовали небольшой дом у побережья, чтобы привнести в свою жизнь больше беззаботной радости, и я вернулся к актерской работе — благодаря тому, что «Девственнице Джейн» уже сулили невероятный успех. Мы снимали шестой эпизод, и тогда я понятия не имел, что наш сериал вот-вот станет глобальным событием и обеспечит меня работой и постоянным доходом на следующие пять лет. День за днем я пытался понять, как могу построить что-то большее, потому что время, проведенное в индустрии развлечений, показало мне, насколько быстро уходит и приходит успех. А теперь я был мужем и не только хотел оставить след в мире как мужчина, но и ощущал довлеющую необходимость обеспечивать и обустраивать гнездо, в котором мы в определенный момент решим завести детей. Да, родительство входило в планы, но мы думали, что оно ждет нас впереди… далеко-далеко впереди.

Похоже, мы с женой не особо представляли, откуда берутся дети, потому что внезапно оказавшийся положительным тест на беременность буквально перевернул наш мир. Я никогда не забуду, как она мне это сказала. После я видел множество умильных видео, в которых женщина говорит мужчине о беременности и они оба плачут и празднуют. У нас все происходило не так.

Я как раз вернулся домой после долгого съемочного дня, а ранее в тот же день впервые участвовал в качестве гостя в шоу Entertainment Tonight. Похоже, в моей карьере наступил переломный момент. Я радостно зашел в квартиру. Эмили сидела на диване. Я сел рядом и поцеловал ее. Мы начали болтать, и я, увлеченный своими важными новостями, не заметил, что она сама не своя. Я восторженно сообщил ей, что Entertainment Tonight пригласили меня на шоу. Я считал это поводом для радости, но, посмотрев на нее, понял, что она даже не смотрит на меня. Что-то было не так. Вдруг, оборвав меня на полуслове, Эмили посмотрела на меня и выпалила: «Я должна тебе кое-что сказать». Она выглядела напуганной, мое сердце сжалось, и я нервно ответил: «Хорошо». Без пауз и заминок она пробормотала: «Я думаю, что беременна». Затем наступила тишина. Молчание. Пустота. Мы оба затихли. Мы старались не глядеть друг на друга, словно двое детей, смущенных и не желающих, чтобы на них смотрели. «Погоди… как? — спросил я по-идиотски. — Ты уверена?» Она подняла на меня глаза: «Я сделала два теста, так что — да… я довольно-таки уверена». (Вспомни я тогда пилотную серию «Девственницы Джейн», я вспомнил бы и о том, что ложноположительные тесты на беременность — большая редкость.) Мы были на 100% беременны.